В последнем абзаце сообщалось, что «Хрустальный дракон» — «миссионерский корабль», принадлежащий «Храму Света», «новой религии», которая обосновалась в Лейк-Плэсиде. Их обаятельный вождь, Люк Соланж, недавно открыл два новых «центра гармонии» в Биг-Суре и Кабосаи-Лукасе. Так как погибшие члены команды состояли в «Храме Света», сам Люк Соланж пообещал позаботиться о похоронах.

Фрэнку очень захотелось почитать и другие статьи, но увы, «Нексис» — штука дорогая, а он пользуется ею незаконно, да к тому же из дома, да еще и из бессрочного отпуска. Он как можно скорее просмотрел статьи, сохранил их вышел из сети и все распечатал.

Пока принтер трудился, Дейли позвонил в больницу Сент-Мэри. Отца все еще держали в отделении интенсивной терапии.

— Можно с ним поговорить?

— Нет! — злобно рявкнула сестра. — Нельзя! Он очень болен! Он на искусственной вентиляции!

— Понятно.

— Вы его родственник?

— Сын. Передайте, что я звонил.

— Передать, что вы звонили?! И все? — По ее тону было прекрасно понятно, что она думает о такой сыновней заботе. — Просто передать, что сын звонил!

— Да. Передайте, что я еду.

Мэдисон, штат Висконсин

Эндрю шел по Беском-Хилл, наслаждаясь первым солнцем. Хотя для шортов было еще холодновато, на лужайках тут и там под солнцем раскинулись девушки, бледные на фоне молодой яркой травы и пронзительно синего неба.

Как и все студенты, Эндрю подрабатывал. В основном деньги шли на оплату занятий и книги. Несколько знакомых девушек, отличных студенток, между прочим, танцевали по топлесс-барам. Другие изображали клоунов на детских праздниках. Один парень целое лето был шофером — водил лимузин. Вот это круто!

Эндрю работал в университете. Университет по возможности шел навстречу интересам студентов (в тех редких случаях, когда они были очевидны) и помогал в трудоустройстве. Но чаще всего студенты-библиотекари направлялись в книгохранилище, искусствоведы — продавать билеты студенческого театра, а аграрии — официантами в легендарное университетское кафе-мороженое.

Эндрю, студент технического факультета, работал при университетском парогенераторе. Он добавлял амертрол — состав, защищающий трубы от образования налета, — в подающий насос котлоагрегата и рисовал чертежи, чтобы облегчить подводку труб, когда будут менять устаревшее оборудование. Как и многие большие учреждения, включая больницы и военные базы, университет отапливался паром, который требует меньших затрат.

Эндрю шел к котельной по Западному студенческому городку. По тротуарам сновало столько студентов, что быстро идти не удавалось, но торопиться все равно было некуда.

Если босс застукает, как он добавляет в питательный насос что-нибудь, кроме амертрола, семь шкур с него спустит. И если кто-нибудь серьезно заболеет, вдруг его можно вычислить?

Эндрю задумался. Нет. Нельзя. В том-то и вся прелесть.

Все равно волнение не проходило. Потому что надо справиться, сделать все, как велено. Соланж на него рассчитывает — так сказала женщина из отдела особых проектов. Она появилась две недели назад и, не представившись, протянула плейер:

— Послушай.

И в голове раздался голос Соланжа: «Эндрю, это Белинда, ты должен сделать то, что она скажет». Эндрю слышал его голос сотни раз — по радио, по телевизору, на мотивационных кассетах. Его не спутать. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди: Соланж назвал его по имени, Соланж обращается к нему как другу!.. «Помоги нам в тайной войне. На карту поставлено все, и ты единственный, кто может справиться. Не подведи меня, Эндрю. Не подведи, друг».

Эндрю-то был уверен, что его существование в «Храме Света» никто не замечает, тем более сам Соланж. Он, разумеется, исправно платил взносы и подписывался на всю литературу. Посещал семинары и лечил чакры в центре гармонии в Биг-Суре. Но он ни разу не был в Лейк-Плэсиде и даже не встречал никого оттуда. До сих пор.

А Белинда знала о нем все, даже то, что он сам раньше не знал: «Соланж сказал, что вы были братьями в прошлой жизни. Неужели правда, Эндрю? Ты тоже это чувствовал?»

Конечно, да.

Он миновал футбольное поле и поднялся по ступенькам. В гардеробе переоделся в красный комбинезон с большим карманом, куда легко поместился термос. Внешне термос самый заурядный. Никто и внимания не обратит.

Парогенератор — устройство простое и распространенное, но даже многие инженеры не знают принципа его действия. Почти все уверены, что он нужен лишь для отопления в холодное время года. На самом деле паром, нагретым до четырехсот градусов, не только отапливают, но летом с его помощью те же самые помещения вентилируются. Он же — источник горячей воды в кранах. Система его отнюдь не закрытая: лишний пар выбрасывается на улицу через вентиляционные отверстия по всему студенческому городку.

— Эй, Дрю, как дела? — рявкнул появившийся в дверном проеме Стив Белински и направился к своему шкафчику.

— Не жалуюсь. Отличная погода.

— Красота! Собираюсь на рыбалку.

— Хорошего клева!

— Да кому он нужен? Ты представь только: озеро, выпивка!.. Очень мне нужна эта рыба!

— И тебе не жалко бросать меня одного во чреве зверя?

— Да, хреново тебе, — безжалостно присвистнул Белински. — Пока!

Эндрю запер свой шкафчик на четырехзначный код, заглянул в канцелярию за ведомостью технического контроля и сразу пошел к подающему насосу — там ему полагалось поддерживать уровень амертрола.