Шрифт:
Отец в первый раз подал голос:
– Что ты хочешь сделать, Кэти? Застрелить его?
– Да.
Дальше все произошло очень быстро. Отец вскрикнул и бросился к Кэти. Она выстрелила, он покачнулся, но продолжал бежать. Уже падая, он успел выбить пистолет и повалить ее, схватив за ногу.
Этого оказалось достаточно. Кен успел выхватить свой пистолет. Взгляд его холодных голубых глаз был устремлен на Кэти. Он не колебался. Ему оставалось лишь прицелиться и выстрелить.
Я прыгнул на него в тот самый момент, когда он нажимал на спусковой крючок. Пуля ушла в сторону. Я повалил его, и мы покатились клубком по земле. На этот раз мы не играли. Он сильно ударил меня локтем в живот и снова навел пистолет на Кэти. Я схватил его за ногу, мы снова начали бороться, но он легко одолел меня и прижал к земле.
– Я не позволю тебе убить ее, – с трудом выдохнул я.
Кен приставил мне ко лбу дуло пистолета. Мелисса испуганно вскрикнула. Краем глаза я увидел, как она достала телефон и начала набирать номер.
– Давай, стреляй! – прохрипел я.
– Думаешь, не смогу?
– Ты мой брат.
– Ну и что? – усмехнулся он. Я успел подумать о том, какие формы принимает зло, и о том, что от него никто не застрахован. – Ты же слышал, что она сказала? Я способен на все – после того, как убил и предал стольких людей…
– Но не меня, – тихо произнес я.
Кен рассмеялся. Пистолет все еще смотрел мне в лоб.
– Как ты сказал?
– Не меня, – повторил я.
Он запрокинул голову и засмеялся еще громче. От его зловещего смеха меня пробрала дрожь.
– Не тебя? Как раз с тобой, – произнес он шепотом мне на ухо, – я поступил хуже, чем с кем бы то ни было!
Эти слова обожгли меня, как огнем. Я поднял глаза. Его лицо напряглось – я был уверен, что сейчас последует выстрел. Я закрыл глаза. Вокруг раздавались крики и шум, но все это, казалось, происходило где-то далеко. Я слышал только, как плачет мой брат. Весь мир растаял. Мы были вдвоем… Я и мой старший брат, который с детства опекал и защищал меня.
Он не убрал пистолет, но больше не держал меня.
– Обещай мне кое-что, Уилл.
– Что?
– Это касается Карли.
– Твоей дочери…
Кен закрыл глаза, лицо его болезненно исказилось.
– Она любит Нору, – сказал он. – Я хочу, чтобы вы вдвоем позаботились о ней. Вырастите ее. Обещай мне это!
– А как же…
– Пожалуйста… Я прошу тебя!
– Обещаю.
– И никогда не приводи ее ко мне.
– Что?
Он разрыдался. Слезы текли по его лицу и смешивались с моими.
– Обещай мне, черт побери! Никогда не упоминай ей обо мне. Вырасти ее, как свою дочь. И никогда не приводи ее ко мне в тюрьму. Обещай, Уилл! Обещай, а то я выстрелю!
– Сначала отдай пистолет.
Он неловко сунул пистолет мне в руку. А потом поцеловал меня – крепко-крепко. Я обнял его, моего брата, убийцу, и крепко прижал к себе. Он плакал, как ребенок, на моей груди.
Вдали послышался звук полицейских сирен. Я попытался оттолкнуть его.
– Беги! – прошептал я. – Пожалуйста, беги!
Кен не двинулся с места. Я так и не знаю почему. Может, он уже достаточно набегался за свою жизнь. А может, ему было просто хорошо. Он держался за меня до тех пор, пока полицейские не пришли и не оттащили его.
Глава 58
Четыре дня спустя
Мы вышли из машины Креста и втроем направились к зданию аэропорта. Нора шла впереди: ей не терпелось снова увидеть Карли. Я тоже с нетерпением ждал этой встречи, но очень волновался и даже немного побаивался.
– Мы поговорили с Вандой, – сказал Крест.
Я молча посмотрел на него.
– Теперь она все знает.
– И что?
Он остановился и пожал плечами:
– Похоже, что мы с тобой оба станем отцами раньше, чем предполагали.
Я обнял его, страшно радуясь за них с Вандой. Относительно своих перспектив я не был так уверен. Мне предстояло воспитывать двенадцатилетнюю девочку, которую я ни разу не видел. Я готов был сделать для нее все, но, что бы ни говорил Крест, настоящим отцом стать не мог. Мне со многим пришлось примириться. Даже с тем, что Кен, скорее всего, проведет остаток жизни в тюрьме. И все же его отказ встречаться с дочерью вызывал недоумение. Хотя, может быть, он считал, что действует в интересах девочки, что ей будет гораздо лучше без него… Спросить об этом самого Кена я, увы, не мог – со мной он видеться тоже отказался. Это было уж совсем непонятно. Однако его слова, сказанные шепотом: «с тобой я поступил хуже, чем с кем бы то ни было», до сих пор звучали у меня в ушах, вызывая горечь и боль.
Мы с Норой вошли в здание. Крест остался ждать на улице. Мы прошли через детекторы и поспешили по коридору для встречающих, хотя самолет должен был приземлиться лишь через пятнадцать минут.
Мелисса на время поселилась у нас, решив ухаживать за отцом, пока он не поправится. Ивонн Стерно получила наконец вожделенное право на эксклюзивный репортаж. Не знаю, насколько он будет способствовать ее карьере. С Эдной Роджерс мы пока не общались, но я собирался в ближайшем будущем позвонить ей.