— Нет, — честно призналась Лесли. — Нет. Я знаю, каково терять друзей.

Охранник только мотнул головой. Лесли прекрасно знала, что он сейчас не воспримет никаких слов утешения, да и остального тоже не воспримет.

— Как тебя зовут? — спросила она.

— Сержант Смолс, мэм. Берт Смолс.

— Лейтенант Лавейни. Лесли Лавейни.

Услышав ее имя, Берт Смолс слегка встряхнулся. Подобие интереса отразилось на его лице.

— Лавейни? — переспросил он. — Дубль-Эл?

— Да, это я… Так, Смолс, хочешь достать того блондинчика?

Охранник коротко кивнул.

— Тогда — нечего стоять. Бегом в рубку связи. Их перехватят. Приказ ясен?

— Да, мэм.

И Берт Смолс исчез в лабиринте коридоров.

Придумав задание, которое позволило бы парню немного встряхнуться, Лесли еще на некоторое время задержалась около шлюза.

Она чувствовала себя довольно паршиво. Хотя формально можно было считать, что три основные задачи выполнены. Захвачено несколько боевиков «Черной пантеры», из которых можно будет выудить информацию. Груз остался в неприкосновенности. Пассажиры не пострадали.

Все это было так. Однако в том, как прошла операция, имелось три чудовищных «минуса». Погиб охранник. Информация о стычке на «Константинополе» обязательно дойдет до членов Совета Безопасности и, следовательно, до той самой «мышки». Человек, на которого генерал Макаров открыл охоту, узнает о захвате боевиков «Черной пантеры» и сделает все, чтобы они не смогли дать никаких показаний.

Третий «минус» бесил лейтенанта Лавейни больше всего.

Наглецу Рочу удалось ускользнуть. Лесли утешала только мысль о том, что катер с бандитами удастся перехватить в непосредственной близости от крейсера «Константинополь».

Полковник Валерий Халимов — командир Второго отделения Десанта и непосредственный начальник Лесли — кое-чего не понимал и оттого злился. Его лицо приобрело кирпичный оттенок, а пышные усы угрожающе встопорщились.

Однако Халимов не мог позволить себе возмутиться в открытую. В кабинете находились три человека, в присутствии которых полковник был вынужден скрывать собственные эмоции и не задавать лишних вопросов.

Впрочем, присутствие этой троицы сковывало не одного Халимова.

Наташа, Бэбс и Магда, принявшие вполне цивильный вид, невольно сутулились и покрывались легким румянцем, оказавшись лицом к лицу с членами Совета Безопасности. Эти двое — Геймор Сноу и Майкл Феррис — были оживленны и горели желанием узнать как можно больше о странной, на их взгляд, истории, произошедшей на борту крейсера «Константинополь».

Генерал Макаров, сидя в кресле около окна, курил и успешно делал вид, что его пустыми разговорами отвлекают от более важных дел. В беседу-дознание он не вмешивался.

Лесли понимала, что генерал и не может ничего сказать в ее защиту. Собственно, и защищать ее пока было не от кого. Серьезных обвинений в адрес лейтенанта Лавейни никто не выдвигал. Просто Халимов, Сноу и Феррис очень хотели узнать, что же в действительности произошло на «Константинополе».

— Итак, лейтенант, вы утверждаете, что оказались на борту крейсера по чистой случайности? — наверное, в третий раз повторил свой вопрос Геймор Сноу.

Прежде чем в третий раз ответить, Лесли выдержала солидную паузу.

Геймор Сноу сидел на противоположном конце стола — спокойный, вальяжный, каким и подобает быть уважаемому члену Совета Безопасности. На его румяном лице блуждала доброжелательная улыбка.

— Вы совершенно правы, сэр, — ответила Лесли.

— В таком-то виде! — не выдержал полковник Халимов. — Мне сказали ребята из охраны, что ты выглядела полным чучелом!

Если бы Лесли могла дотянуться, она обязательно пнула бы своего начальника ногой под столом. Тут уж не до соблюдения субординации, когда начальник — при полном и искреннем непонимании ситуации — задает опасные вопросы.

— Нет, сэр, вовсе не чучелом, — твердо ответила за Лесли Наташа, которая из троих выпускниц владела собой лучше всех. — Почему вы так решили? Обыкновенный штатский наряд.

Халимов бросил на девушку недовольный взгляд:

— Кстати, Лескова, когда это вы успели подружиться с лейтенантом Лавейни?

— Давно. Где-то с полгода назад. Лейтенант тогда была в отпуске и заходила в колледж.

Эту слабенькую легенду Лесли спешно выдумала сама — по окончании рейса на Регул. Тогда, уяснив для себя, что происшествие не прошло незамеченным, она поняла, что ей предстоит некое подобие вот такой беседы. Разбор несанкционированных акций всегда проводился в присутствии кого-то из членов Совета Безопасности. Следовательно, существовала вероятность того, что придется разговаривать именно с «мышкой», и у этого человека не должно возникнуть никаких подозрений.