– - Почему холостяк?

– - О!.. Потому что так проще.

– - И это все?

– - Нет, я рассказываю, что он делает.

– - И что же он делает?

– - Он осматривает болота...

– - Зачем вы пишете?
– - спросила она после небольшой паузы.

– - Я? Я не знаю, да, наверно, затем, чтобы что-то делать.

– - Прочтите мне это, -- сказала Анжель.

– - Как вам будет угодно. У меня как раз с собой четыре или пять листочков.
– - Я тотчас извлек их из кармана и прочел как можно более вяло: ДНЕВНИК ТИТИРА, ИЛИ "ТОПИ"

Лишь голову приподнимешь слегка -- в окне виден сад, которого я еще не успел как следует рассмотреть; справа -- дерево, с которого облетают листья; дальше, за садом, равнина; слева -- пруд, о котором я еще скажу.

Еще недавно в саду цвели мальвы и водосборы, но из-за моей нерадивости все теперь тут страшно заросло; со стороны пруда на сад наступали камыши и мхи; тропинки исчезли в траве; для прогулок уцелела только большая аллея, проложенная от дома до равнины, и как-то раз я решил по ней пройтись. Вечером лесное зверье пересекает аллею, чтобы напиться воды из пруда; в сумерках я различаю только серые силуэты, а так как вскоре наступает ночь, то кажется, что звери никогда не возвращаются с водопоя.

– - На меня все это нагнало прямо-таки страху, -- сказала Анжель, -однако продолжайте -- это написано очень хорошо.

От усилия, которого потребовало от меня это чтение, я чересчур напрягся.

– - О, это почти все, -- сказал я ей, -- дальше у меня не написано.

– - Так прочтите ваши заметки, -- вскричала она, -- это всегда самое интересное! По ним куда лучше видишь, что хочет автор сказать, чем потом он сам напишет об этом.

Тогда я продолжил -- даже не пытаясь скрыть своего огорчения и, хуже того, стараясь придать каждой фразе незаконченный вид:

Из окна своей башни Титир может удить рыбу...
– - Вот видите, это всего лишь заметки...

– - Да продолжайте же!

Скучное ожидание клева; нехватка наживки, увеличение количества удочек (символ) -- по необходимости он ничего не может поймать.

– - Почему?

– - Ради правды символа.

– - Ну а если он в конце концов что-нибудь поймает?

– - Тогда это будет другой символ и другая правда.

– - Да никакой правды тут нет, вы подстраиваете факты так, как вам самому хочется.

– - Я подстраиваю факты таким образом, чтобы они выглядели скорей правдоподобно, чем реально; слишком сложно вам сразу все объяснить, но нужно быть уверенным в том, что события и характеры связаны друг с другом; в этом-то и секрет хороших романов; все, что происходит с нами, не может предназначаться другому. У Юбера тут уже был бы потрясающий улов! А у Титира даже не клюет: в этом психологическая правда.

– - Ну ладно, продолжайте.

Под водой все те же береговые мхи. Неясность отражений; водоросли; плавает рыба. Говоря о рыбе, стараться не называть ее "непроницаемое изумление".

– - Еще бы! Но все же, с какой стати эта запись?

– - Потому что мой друг Гермоген уже зовет так карпов.

– - Я не нахожу это выражение удачным.

– - Тем хуже. Так я продолжу?

– - Да, прошу вас, ваши заметки очень интересны.

На рассвете Титир замечает белые шишки, усеявшие равнину; соляные копи. Он выходит из дому посмотреть, что там делается. Несуществующий пейзаж; очень узкие насыпи между двумя солончаками. Поразительная белизна соляных бункеров (символ); это лучше всего заметно именно в тумане; темные очки, предохраняющие глаза рабочих.

Титир сует горсть соли в карман и возвращается в свою башню.

– - Это все.

– - Все?

– - Все, что я написал.

– - Боюсь, что ваша история может показаться немного скучной, -- сказала Анжель.

Нависла продолжительная тишина -- и тогда я воскликнул с чувством: "Анжель, Анжель, умоляю вас, когда же вы поймете, что такое сюжет книги? Это то чувство, которое в конечном счете осталось у меня от жизни, его-то я и хочу выразить: скука, суета, однообразие -- мне-то все равно, ибо я пишу "Топи", -- но Титир ведь вообще ничего не делает; уверяю вас, Анжель, наши жизни намного тусклей и ничтожней".

– - Но я-то так не считаю, -- сказала Анжель.

– - Лишь потому, что вы об этом не думаете. Это и есть сюжет моей книги; нельзя сказать, чтобы Титир был недоволен своей жизнью; ему доставляет удовольствие созерцать болота; стоит перемениться погоде, как меняются и они, -- ну а теперь взгляните-ка на себя! Взгляните на вашу жизнь! Сколько времени вы живете в этой комнате?
– - Квартплата! Квартплата! И ведь вы не одна! Окна на улицу, окна во двор; видишь перед собой только стены или других людей, которые смотрят на тебя... Или вот я сейчас обругаю ваше платье -- уверены ли вы, что после этого мы сможем друг друга любить?