— Крепись, старина, — сказал он. — Сеттон, мальчик мой, держись прямо, прошу тебя… Заплати за поездку в этом ковчеге, Уайтей, только по таксе, ни одного шиллинга больше! Так… А теперь возьми его под руку… Ничего, сейчас мы нашего мальчика приведем в христианский вид…

Они вошли в клуб. Такси свернуло за угол.

Несколько минут улица оставалась пустынной. Вдруг из-за угла сквера Сен-Джемс показался автомобиль. И этот шофер был, видимо, мало знаком с местностью, так как автомобиль замедлил ход, а шофер осматривал все номера домов. Перед № 46 он остановился, спрыгнул со своего сиденья и открыл дверцу.

— Это здесь, мисс, — сказал он почтительно.

Из автомобиля вышла красивая девушка. Видимо, она приехала из театра, так как была в вечернем туалете, и на ее голые плечи была накинута шаль.

Мгновенье она стояла в нерешительности, затем поднялась на две ступеньки и снова остановилась…

— Может быть, мне спросить, мисс?

— Да, будьте так добры, Джон.

Она стояла на тротуаре и наблюдала, как шофер ступал в стеклянную дверь клуба.

Вышел швейцар и, полуоткрыв дверь, недружелюбно посмотрел на шофера.

— Мистер Сеттон? Нет, он не состоит членом клуба.

— Скажите ему, что Сеттон находится здесь в качестве гостя, — подсказала девушка.

Швейцар посмотрел на нее через голову шафера и сморщил лоб.

— Его здесь нет, миледи, — ответил он.

Она подошла ближе.

— Он здесь, я знаю, что он здесь! — Ее голос звучал ровно, но в нем слышалось некоторое беспокойство. — Скажите ему, что я его немедленно должна видеть!

Эту сцену наблюдал человек, остановившийся в тени соседнего дома.

— Он здесь! — Она нетерпеливо топнула ногой. — Его насильно затащили в этот вертеп, я знаю!

Швейцар захлопнул дверь перед ее носом.

— Прошу прощения!

Вдруг перед ней выросла фигура молодого человека. Чисто выбритый, с моноклем в глазу, в превосходном шотландском костюме. Он снял шляпу. На его лице играла счастливая улыбка, а на тротуаре лежала только что закуренная сигара.

— Не могу ли я быть вам чем-нибудь полезным?

Его поведение было безупречным, настолько безупречным, что молодая леди оставила всякую осторожность по отношению к постороннему человеку.

— Здесь мой брат. — Она указала на дверь, ведущую в клуб. — Он в дурном обществе… Я пыталась…

В ее глазах сверкнули слезы.

Сноу учтиво поклонился. Не говоря ни слова, он провел ее к машине, и она не задавая вопросов, подчинилась ему.

— Будьте добры сообщить ваш адрес. Я доставлю вашего брата домой.

Дрожащими руками она открыла парчовую сумочку, висевшую на ее руке, и вынула оттуда визитную карточку.

Он взял ее, прочел и слегка поклонился.

— Домой, — бросил он шоферу.

Автомобиль медленно тронулся с места.

Он стоял и обдумывал план действий.

Машина исчезла за углом, а Сноу властно постучал в стеклянную дверь.

Он кивнул швейцару и шагнул через порог.

Швейцар подозрительно посмотрел на вошедшего.

— Простите, сэр, вы член клуба? — спросил он.

Сноу строго посмотрел на него.

— Прошу прощенья, сэр, — извинился сконфуженный швейцар. — У нас так много новых членов, что трудно всех упомнить…

— Предположим, что так, — ответил Сноу холодно. Он начал не спеша подниматься по лестнице. На полдороге он остановился и обернулся.

— Капитан Лоун в клубе?

— Нет, сэр, — ответил швейцар.

— А мистер Август Бриш?

Сноу кивнул и продолжал путь. То, что он ни с одним из этих джентльменов не был знаком, но все же знал, что их нет в клубе, говорило о его незаурядной наблюдательности. В вестибюле стоял ящик для писем членам клуба, разумеется, с их именами, так что в случае необходимости он назвал бы еще полдюжины имен членов клуба, но подозрительность швейцара и так уже была подавлена.

На первом этаже были отдельные кабинеты.

Сноу улыбнулся.

— Здесь, — подумал он, — мошенники решают свои проблемы. Что ж, вполне подходящая обстановка…

Он поднялся этажом выше и вошел в курительную комнату, где сидело несколько человек в элегантных, но поношенных костюмах. В ответ на их удивленные взгляды он невозмутимо поклонился, а одной из групп, сидевшей в углу комнаты, даже улыбнулся, выходя.

На верхнем этаже перед полированной дверью стоял на страже коротконогий, с лицом профессионального боксера лакей. Он резко преградил путь вошедшему.