Всю ночь он был занят обследованием железнодорожного полотна, но ничего не нашел, вплоть до Саутгемптона, где был уже на рассвете.

В Керлее он выслушал показания дежурного о странной поломке шлагбаума. Майкл попросил показать ему провод, который ведет от пульта к шлагбауму.

— Электротехник сказал, что этот провод, наверное, перерезан, — пояснил дежурный.

— Он не мог быть перерезан, так как проложен в металлических трубах, — возразил Майкл.

— Ну, одно из двух, — перерезан или прожжен.

Исследовав трубы, Майкл нашел одно свежезакрашенное место. Достав нож и соскоблив краску, он обнаружил маленькую дырочку.

— Теперь ясно, что они просверлили металл и сожгли провода, — сказал Майкл. — Что после этого произошло со шлагбаумом?

— Его после этого нельзя было опустить из будки.

— А можно опустить шлагбаум без пульта?

— Да. Мы поставили человека, который только то и делает, что открывает и закрывает его, — ответил дежурный. — Но надо быть осторожным, ибо патентованный замок захлопывается.

Это заставило Майкла обратить внимание на замок, который оказался взломанным.

«Но зачем этой банде нужно было поднять шлагбаум?» — мелькнула мысль, когда Майкл начал исследовать улицу.

Вдруг сыщик остановился и присвистнул от удивления. Несмотря на ночной дождь, он ясно заметил на дороге глубокий узкий след, который мог быть оставлен только колесами какого-нибудь вагона.

Он пошел по этому следу, пока не увидел, что тот слился с проложенными по шоссе трамвайными рельсами, находившимися в нескольких стах метрах от шлагбаума.

О своем открытии он доложил Смиту.

— Неужели вы хотите этим сказать, что воры сняли поезд с рельс и поставили его на дорогу? — спросил пораженный шеф. — Ведь это же невозможно!

— Безусловно! Я согласен с вами! — воскликнул Майкл. — Невозможно, но они это все-таки сделали!

Сэр Ральф присутствовал при этом разговоре.

— Мне не везет, старый друг, не правда ли? — сказал подавленно барон. — В течение двадцати четырех часов я потерял невесту и поезд! Над чем, черт возьми, вы смеетесь?

— Ни над чем, — возразил Майкл, снова становясь серьезным. — Для того лишь, чтобы только увидеть ваше лицо, стоило впутаться в эту историю, сэр.

В шесть часов вечера Майкл, стоя на площадке локомотива, объезжал все вокзалы, расспрашивая всех железнодорожных служащих. В Майдморе он встретился с господином Смитом, прибывшим туда в обыкновенном пассажирском поезде.

— Нашли что-нибудь?

— Нет, но хочу вам кое-что предложить, — ответил Майкл. — Мне бы хотелось, чтобы вы выслушали начальника местной станции.

— Вы уже его допросили?

— Нет еще, но предчувствую, что он скажет то же самое.

Начальник произвел впечатление интеллигентного ответственного человека.

— …И он исчез прежде, чем вы убедились в том, что он приехал, не правда ли? — спросил Майкл.

Начальник по-видимому удивился этому вопросу.

— Да, совершенно верно! Не успел я заметить передние фонари, как увидел уже исчезающие задние.

— Просигналил паровоз гудком, когда проезжал?..

— Да, оглушительно.

— Странно! Поезд сигналил только тогда, когда проезжал мимо тех станций, где были дежурные, — заметил Майкл, обращаясь к Смиту. — В Станборне и Мархлее, которые ночью закрываются, он совсем не подавал сигнал. Эта станция к тому времени была не освещена? — спросил он начальника.

— Да, то есть почти, — ответил начальник станции. — Горела только одна лампа, и я заметил, как вспыхнули фонари, затем поезд словно исчез.

Начальник Пинхама рассказал то же самое, но зато дежурные из Толбриджа не заметили ничего необычного.

Смит и Майкл переночевали в Толбридже и на рассвете двинулись дальше. Между Пинхамом и Бэкхам Биконом Майкл велел остановить поезд и попросил затем свернуть на какую-то боковую ветвь железной дороги.

— Зачем, собственно говоря, здесь эта ветвь? — спросил он.

Сопровождавший его железнодорожный служащий дал некоторые туманные объяснения. Она будто бы сделана для того, чтобы в случае интенсивного движения облегчить прохождение составов. Кроме того, она ведет к старым заброшенным известковым выработкам, или к чему-то в этом роде.