В мире есть несколько городов, которые могли бы претендовать на почетное звание «столицы мира». И если Париж был признанной столицей мира искусства и живописи, Рим — официальной столицей христианского мира, Нью-Йорк со своим сумасшедшим темпом жизни — современной столицей цивилизации, то Лондон по праву мог считаться деловой столицей всего человечества.

Раскинувшийся на берегах Темзы город служил ярким напоминанием того неоспоримого факта, что когда-то именно отсюда чиновники Уайтхолла управляли всем миром. Величественные дворцы и площади, монументальные здания и красивые парки — все подчеркивало особую миссию города — столицы монархии и Британского содружества.

Полетаев и его спутники, которых встречали представители министерства финансов Великобритании и сотрудники российского посольства, отправились на трех машинах в «Хилтон-Парк-Лейн», расположенный напротив Гайд-парка. Почему-то именно эта гостиница привлекала российских чиновников. Возможно, корпорация предоставляла солидные скидки чиновникам высокого ранга, возможно, с посольством заключались специальные соглашения. Сеть отелей «Хилтон», раскинутых по всему миру, была известна любому путешественнику, любому бизнесмену, любому дипломату.

В любой точке земного шара отель «Хилтон» являлся символом комфорта. Причем не просто комфорта, а комфорта королевского, на уровне пятизвездочных гостиниц. В корпорации явно умели работать, и многие отели заключали соглашения с посольствами различных стран, гарантируя скидки их представителям, в случае если приезжие останавливались именно в отелях корпорации «Хилтон».

По просьбе Руднева все три машины были одного цвета и одной марки — серебристые «Ягуары», столь популярные в Великобритании. И все три с затемненными стеклами. В какой именно находится министр финансов, практически невозможно было установить. И для киллеров, появись они здесь, покушение могло превратиться в неразрешимую проблему. Да, возможность самого покушения в Лондоне была маловероятна, не то что в Москве, где ничего не стоило раздобыть гранатомет и устроить засаду. Здесь не торговали оружием из армейских складов, как на родине Полетаева. И контроль за таким оружием в Европе вообще, и в Великобритании в частности, был строжайший, не в пример странам СНГ.

В «Ягуарах» ехали Полетаев, глава национального банка и сотрудники ФСБ. Остальные члены делегации и сотрудники российского посольства покинули аэропорт несколькими минутами позднее, уже на других машинах, направляясь к центру города.

В самом Лондоне было семь отелей «Хилтон», известных не только в Англии. Хотя само название «Хилтон» упоминалось в справочниках по городу восемь раз, один из отелей относился к сети «Конрад Хилтон» и принадлежал американской корпорации, которая действовала главным образом в США, а в Европе имела небольшую сеть отелей «Конрад Хилтон». В Глазго и в Манчестере тоже были свои «Хилтоны». «Хилтон» на Парк-Лейн — такой высокий, что его было видно отовсюду, — стал своеобразной визитной карточкой, где располагались наиболее известные отели Лондона: «Интерконтиненталь», «Фоор сизонс», прославившийся на весь мир «Дорчестер» и старинный «Гровнор-Хауз», так полюбившийся богатым арабским шейхам, съезжавшимся сюда со всего мира.

Но самым известным лондонским «Хилтоном» был «Лэнгхэм Хилтон» на Реджент-стрит. Он находился неподалеку от Бейкер-стрит, где стоит музей Шерлока Холмса и где, согласно произведениям Конан Дойла, жил великий сыщик. А так как местом действия некоторых рассказов и повестей о Шерлоке Холмсе явился именно отель «Лэнгхэм», то можно себе представить, какой популярностью пользовался этот отель у почитателей великого мастера детектива.

Однако более приспособленным для деловых встреч и переговоров оказался «Хилтон», расположенный на Парк-Лейн. Кроме того, отсюда легко можно было попасть в любую точку Лондона.

Дронго, вопреки обыкновению, не поехал в «Хилтон». Он любил и ценил эту сеть отелей по всему миру. Многие даже не подозревали, что знаменитый «Уолдорф» тоже принадлежит корпорации «Конрад Хилтон». Во время своих странствий Дронго останавливался в стамбульском «Хилтоне», встречающем посетителей небольшим японским садиком, в измирском «Хилтоне», похожем на гордый корабль, готовый выйти в море, в будапештском «Хилтоне», построенном на развалинах древнего замка. Он останавливался в похожем на современный дворец каннском «Хилтоне», помнил стеклянную галерею ресторана антверпенского «Хилтона». В берлинском «Хилтоне» он обедал в русском и итальянском ресторанах, причем итальянский был назван именем великого Феллини. А в тель-авивском «Хилтоне» он пробовал японскую кухню в суши-баре.

Однако гостиницы, выстроенные по американскому стандарту, нравились ему куда больше дворцов семнадцатого-восемнадцатого веков, с пыльными портьерами и коврами. В парижском «Хилтоне», построенном в шестидесятые годы и самом скромном среди отелей подобного класса, находившемся рядом с Эйфелевой башней, он даже оформил себе карточку постоянного члена клуба «Хилтон». Но в Лондоне он не поехал вместе с Полетаевым, понимая, что потенциальные убийцы будут изучать прежде всего списки приехавших посетителей и обратят внимание на любого прилетевшего в этот день из СНГ.

Но не только по этой причине Дронго решил остановиться в великолепном «Дорчестере» — именно в этом отеле должны были пройти неформальные переговоры Полетаева с представителями Международного валютного фонда.

Он заранее заказал себе номер в «Дорчестере» с видом на Гайд-парк, и, когда появился в отеле, его уже ждал любезный портье, который проводил Дронго в четыреста пятнадцатый номер, выходивший окнами на Парк-Лейн. Номер был просторный, с большим холлом и несколькими светильниками, с кроватью в нише. «Дорчестер» считался отелем высшего класса и достопримечательностью Лондона, так же как «Кларидж» или «Савой».