Ж и р о х

Еще б не мог, Коль дорого ему за это дали.

Ф о м а Типун тебе на лживый твой язык! На свой погон посадника ты меришь!

Ж и р о х А что ж? С тобой высчитывали мы Его долги: довольно есть на нем. Неужто ж он продешевил Софию? Нет, он не глуп! Ему досталось, чем И новгородцам и любчанам все Отдать сполна.

В ы ш а т а

Боярин Глеб! Зачем бы Ты продал нас?

П о с а д н и к

Жирох уж вам сказал: Чтоб заплатить долги.

В ы ш а т а

Тогда зачем бы Ты признавался в том теперь?

П о с а д н и к

Затем, Что с князем торг не удался - придется Мне в кабалу идти; так пусть один Я пропаду, безвинного ж очищу.

Ф о м а Нет, в этом нас ты не уверишь? Нет, Боярин Глеб! Из нас бы кто охотно Твоих долгов не заплатил? Не нужно Тебе от князя было брать. Нет, нет! Я сам моих достатков половину Тебе бы с радостию дал. Тяжеле, Я чай, врагу продаться, чем услугу От своего в беде принять.

П о с а д н и к

От черта Скорее бы услугу принял я, Чем от мерзящей гадины такой, От гнусного такого подлеца, Продажного предателя и вора, Каков есть ты!

Ж и р о х

Вы слышите его? Вы слышите? Воистину, к лицу Ему еще предателем ругаться!

Г о в о р м е ж д у б о я р а м и - Чрез меру горд!
– Таков он был всегда!
– А совесть в нем таки заговорила!
– Сам назвался!
– Что вы, побойтесь бога, Он чист как день! Не он, не он нас продал!
– Не может быть!
– А почему ж и нет?
– Долги кого на грех не наводили?
– Да черт не шутит!

Ч е р м н ы й

Новгород Великий! Когда вы мне не верите, когда Вы вашими не видите глазами, Что на себя наклеп посадник держит Велите крест ему поцеловать В своих словах.

К р и в ц е в и ч

Ну, что ж, и поцелует! Что крест ему? Чтоб выручить тебя, Побочного, что ль, сына своего, Не морщася, он поцелует крест. Известно, нам, не верует он в бога! Вчера еще боярыне Мамелфе Он говорил...

О д и н и з б о я р

То правда - от нее Я слышал сам.

Д р у г о й

Я также.

Т р е т и й

Тож и я!

О д и н и з н а р о д а Слышь, братцы! Глеб не верит в бога!

Д р у г о й

Стало, Изменщик он?

Т р е т и й

Изменщик, стало быть!

Ч е т в е р т ы й Так, значит, нам не Чермного, а Глеба Теперь топить?

П я т ы й

А то кого ж еще? Хватай его - иди!

Ч е т в е р т ы й

Ступай ты прежде, Я за тобой!

П я т ы й

Что ж ты? Небось полез На Чермного?

Ч е т в е р т ы й

То Чермный был, а этот, Вишь, как глядит.

П я т ы й Так кинемся все вместе! Ребята! Глеб не верит в бога! Глеб У воеводы ключ стащил! Низовым За деньги продал Новгород! Пойдем Его топить!

К р и к и

Да! В Волхов, в Волхов Глеба! Топить его! А после грабить дом! Ну, навались!

Народ бросается к лобному месту; бояре его оттесняют.

К р и к и в г л у б и н е п л о щ а д и

Свет Глеб Мироныч! Небось! Тебя в обиду не дадим! Твои мы уличане! За тебя Одни на целый Новгород полезем! Отец ты наш!

Ж и р о х

Гоните этих прочь! То уличане подошли его, Редятинцы, которых он кормил; То улица одна кричит, а мы Все говорим: он вор!

Народ вторично напирает.

В ы ш а т а

Назад! Не вам, а вечу Его судить.

Ж и р о х

Так что ж не судит вече? Грех налицо! Умора, право. Он Сам говорит: я вор. Они ж ему: Не верим да не верим. Если б я То на себя сказал, небось ведь мне бы Поверили.

О д и н и з б о я р

(подходит из глубины, сцены)

Не удержать нам черных. Вот так и прут. Хотят суда над Глебом. Сбивают с ног. Пойдем на голоса.

Д р у г о й Начнемте суд, тогда они уймутся. По улицам, бояре, по концам.

Т р е т и й На голоса.

Ч е т в е р т ы й

На голоса.

Разделяются на кучи. Шум утихает, Чермный и Василько ходят от одного стяга к другому и увещают каждый. То же делает и Жирох.

Г о в о р в р а з н ы х к у ч а х

За это Один ответ.
– Когда он продал нас, Так смерть ему.
– Сам никого на свете Он не жалел.
– В падежный год меня В пух разорил! Гурты остановил За Волховом; скот даром передох!
– С меня три виры взял!
– Меня два раза Послал в тюрьму!
– А сборы-то как правил?
– В срок не отдашь - опишет животы! Нет, жалости в нем не было!