Шрифт:
В дверь столовой постучали.
– Войдите, - сказала Наташа и сердито посмотрела на ребят.
Вошел Рыбкин, аккуратный и подтянутый, в чистом комбинезоне, в белоснежной сорочке, безукоризненно выбритый.
– Можно?– спросил он тихо.
– Заходи, Феликс, - сказал Матти и налил кофе в заранее приготовленную чашку.
– Я немного запоздал сегодня, - сказал Феликс.– Было совещание у директора.
Все выжидательно посмотрели на него.
– Больше всего говорили о регенерационном заводе. Юрковский приказал на два месяца прекратить все научные работы. Все научники мобилизуются в мастерские и на строительство.
– Все?– спросил Сергей.
– Все. Даже Следопыты. Завтра будет приказ.
– Полетела моя программа, - уныло сказал Пеньков.– И почему эта наша администрация никак не может наладить работу?
Наташа сказала с сердцем:
– Молчи, Володя! Ведь ты же ничего не знаешь!..
– Да, - сказал Сергей задумчиво.– Я слыхал, что с водой у нас неважно. А что еще было на совещании?
– Юрковский произнес большую речь. Он сказал, что мы заблудились в повседневщине. Что мы слишком любим жить по расписанию, обожаем насиженные места и за тридцать лет успели создать... как это он сказал... "скучные и сложные традиции". Что у нас сгладились извилины, ведающие любознательностью, чем только и можно объяснить анекдот со Старой Базой. В общем говорил примерно то же, что и ты, Сергей, помнишь, на прошлой декаде? О том, что кругом тайны, а мы копаемся... Очень была горячая речь - по-моему, экспромтом. Потом он похвалил нас за облаву, сказал, что приехал нас подталкивать, и очень рад, что мы сами на эту облаву решились... А потом выступил Пучко и потребовал голову Ливанова. Кричал, что покажет ему "медленно и методично"...
– А что такое?– спросил Пеньков.
– Очень сильно покалечили танки. А через два месяца нашу группу переводят на Старую Базу, так что будем соседями...
– А Юрковский уезжает?– спросил Матти.
– Да, сегодня ночью.
– Интересно, - задумчиво сказал Пеньков, - зачем он возит с собой этого сварщика?
– Турели варить, - сказал Матти.– Говорят, он собирается провести еще несколько облав - на астероидах.
– С Юрковским у меня был инцидент, - сказал Сергей.– Еще в институте. Сдавал я ему как-то курс теоретической планетологии, и он меня выгнал очень оригинальным способом. "Дайте, - говорит, - товарищ Белый, вашу зачетку и откройте, пожалуйста, дверь". Я с большим удивлением иду и открываю дверь. Тут он кидает мою зачетку в коридор и говорит: "Идите и возвращайтесь через месяц".
– Ну?– сказал Пеньков.
– Ну, я и пошел.
– А что это он так грубо?– спросил Пеньков с неудовольствием.
– А я молодой был тогда, - сказал Сергей.– Наглый.
– Ты и сейчас хорош, - заметила Наташа.
– Так перебили мы все-таки пиявок или нет?– спросил Матти.
Все посмотрели на Феликса.
– Трудно сказать, - сказал Феликс.– Убито шестнадцать штук, а мы никак не ожидали, что их будет больше десяти. Практически, наверное, перебили.
– А ты пришел с карабином?– спросил Матти.
Феликс кивнул.
– Понятно, - сказал Матти.
– А правда, что Юрковского чуть из огнемета не сожгли?– спросила Наташа.
– И меня вместе с ним, - сказал Феликс.– Мы спустились в каверну, а огнеметчики не знали, что мы там. С этой каверны мы начнем работу через два месяца. Там, по-моему, сохранились остатки водопровода. Водопровод очень странный - не круглые трубы, а овальные.
– Ты еще надеешься найти двуногих прямостоящих?– спросил Сергей.
Феликс помотал головой.
– Нет, здесь мы их не найдем, конечно.
– Где здесь?
– Возле воды.
– Не понимаю, - сказал Пеньков.– Наоборот! Если их нет здесь, здесь, у воды, значит их вообще нет.
– Нет-нет-нет, - сказала Наташа.– Я, кажется, понимаю. У нас на Земле марсиане стали бы искать людей в пустыне. Это же естественно. Подальше от ядовитой зелени, подальше от областей, закрытых тучами. Искали бы где-нибудь в Гоби. Так, Феликс? Я хочу сказать, что я тоже так думаю.
– Значит, мы должны искать марсиан в пустынях?– сказал Пеньков. Хорошенькое дело! А зачем же им тогда водопроводы?
– Может быть, это не водопроводы, - сказал Феликс, - а водоотводы. Вроде наших дренажных канав.
– Ну, это ты, по-моему, слишком, - сказал Сергей.– Скорее уж они живут в подземных пустотах. Впрочем, я сам не знаю, почему это, собственно, скорее, но все равно - то, что ты говоришь, это слишком уж смело... Ненормально смело.
– А иначе нельзя, - сказал Феликс тихо.
– Мать честная!– сказал Пеньков и вылез из-за стола. Мне ведь пора!
Он пошел через комнату к груде меховой одежды.
– И мне пора, - сказала Наташа.
– И мне, - сказал Сергей.
Матти принялся убирать со стола. Феликс аккуратно подвернул рукава и стал ему помогать.
– Так зачем у тебя так много часов?– спросил Матти, косясь на Феликсовы запястья.
– Забыл снять, - пробормотал Феликс.– Теперь это, наверное, ни к чему.
Он ловко мыл тарелки.