А как же сама Изабелла? Что, если она вдруг увидит свою дочь? Но Изабелла все это время жила с мужем тихой деревенской жизнью, почти никогда не покидая уединенный замок в Луара-Вэлли.

«Ты в безопасности, — успокоил себя Ален. — Кэтрин Тейлор никогда не узнает, кто она есть на самом деле, и нет никого, кто мог бы ей об этом рассказать».

Двадцать два года назад, когда десятилетний Ален почувствовал угрозу для жизни Изабеллы, он преодолел собственный страх и отважно вмешался. Теперь опасность грозила ему, и было бы неразумно терять мужество и спасаться бегством.

Однако Кэтрин завладела воображением Алена. Он должен познакомиться со своим очаровательным врагом.

— Ты не помнишь, где состоится прием? — спросил принц у Натали, когда бурные аплодисменты во второй раз вызвали пианистку на бис.

— В отеле «Империал». Ален, неужели ты собираешься пойти?

— Ты, кажется, удивлена?

— А разве не стала легендарной неприязнь моего старшего брата к протокольным встречам? — съязвила Натали.

Ален ответил на выпад сестры любящей улыбкой. То была истинная правда: всем было известно, что принц предпочитает шумным и многолюдным приемам уединение, более любит тихий ужин в одиночестве или в компании сестры. Но сегодня было сделано исключение — ради черноволосой, синеглазой незнакомки, которая в действительности вовсе не была неизвестна ему.

— Я хотел бы познакомиться с Кэтрин Тейлор, — спокойно объяснил он Натали, глаза которой горели любопытством.

— Она и вправду очень талантлива, не так ли?

— Да.

— И очень красива.

— Мне тоже так кажется. Полагаю, после приема я мог бы пригласить пианистку поужинать с нами.

— Но у нее наверняка уже есть планы на сегодняшний вечер.

— Что ж, тогда завтра, — улыбнулся Ален, не собираясь отказываться от своих намерений. Он не забыл, что завтра утром должен лететь в Париж на открытие очередного магазина «Кастиль», но знакомство с Кэтрин было для него гораздо важнее. — Тем более что я хотел бы еще раз послушать ее игру.

— Ах, Ален, вечно ты со своей музыкой! — с легкой иронией воскликнула Натали, потому как прекрасно знала, что обидой от Алена ничего не добьешься и не заставишь изменить принятое решение, да у нее и не было желания досаждать брату. — Bien! [15] Но я улетаю в Париж, как и договорено. Ювелиры ждут нас…

— …тебя…

— Они хотели бы встретиться и с тобой.

— Я прилечу послезавтра.

— В субботу?

— В следующем месяце мы предпримем специальное путешествие. D’accord? [16]

— D’accord.

Прием по случаю дебюта Кэтрин Тейлор в Вене проходил в Большом салоне отеля «Империал». Список приглашенных изобиловал именами гостей богатых, известных, знатных и королевских кровей — элитное собрание людей, чья любовь к музыке столь же подлинна, сколь подлинны их сверкающие драгоценности и оригинальны их наряды от лучших модельеров. Они пришли чествовать Кэтрин, потому что эти знатные покровители искусств искренне желали поблагодарить ее за то, как великодушно она дарила миру свой великий талант.

К тому времени, когда Ален и Натали прибыли на прием, Кэтрин уже была плотно окружена своими почитателями. Она улыбалась в ответ на потоки похвалы, принимая каждый комплимент с некоторым удивлением.

«Как настоящая принцесса», — смущенно подумал Ален, наблюдая за грациозной Кэтрин. Она держалась с королевским достоинством, статная и гордая, в длинном бледно-голубом шелковом платье; вьющиеся блестящие локоны ее жгуче-черных густых волос были безупречно уложены на затылке. Законная принцесса острова Радуги, разумеется, не носила драгоценной короны — только потрясающие сапфиры на шее и в ушах.

Ален и Натали терпеливо дожидались своей очереди познакомиться с виртуозной пианисткой. Но когда хозяйка приема, баронесса, заметила их, на ее лице появилось выражение столь неподдельной радости, что, следуя ее зовущему взгляду, брат с сестрой подошли к гостям, окружавшим Кэтрин, и тут же были представлены.

Кэтрин с нескрываемым интересом смотрела на Алена и Натали и думала: «Какая потрясающая пара!»

Он — высокий, смуглый и красивый, чрезвычайно элегантный в черном атласном смокинге, и она — с золотисто-каштановыми волосами, воплощенная грация и красота в облегающем платье из шифона.

— Позвольте представить вам принцессу Натали, — сказала счастливая баронесса.

— Здравствуйте, — тепло улыбнулась Кэтрин, глядя в замечательные карие глаза.

— И принца Алена, — добавила баронесса.

— О-о… — Кэтрин была удивлена. Имя Натали само по себе не вызвало никаких ассоциаций, но в сочетании с именем «Ален» оно, несомненно, пробудило воспоминания. — С острова Радуги?

— Да, — спокойно ответил Ален, хотя сердце его тревожно забилось, как только он увидел неожиданную грусть в прекрасных сапфировых глазах.