– Мистер Пол, у вас есть доказательства?

– Нет.

– Тогда откуда вы знаете, что убийца - мистер Тэлботт?

– Просто знаю, и все. Мы все это знаем! Даже мисс Кейс - и та знает, хотя избыток упрямства и не дает ей заявить об этом!

Вулф снова оглядел их.

– Это правда? Вы все действительно знаете, кто убийца?

Никто не сказал ни "да", ни "нет", не кивнул и не покачал головой.

– В таком случае выяснить, какой породы эта рыба - моя задача. Вы это понимаете? Мистер Бродайк?

– Да.

– Мистер Сэффорд?

– Да.

– Мисс Руни?

– Да. Только я думаю, что это был Вик Тэлботт.

– Никакие силы не могут помешать вам так думать. Мисс Кейс?

– Да.

– Мистер Пол?

Молчание.

– Мне необходимо подтверждение, мистер Пол. Если окажется, что виновник - мистер Тэлботт, вы всегда сможете выплатить мне премию. Но скажите: меня нанимают для того, чтобы собрать факты?

– Конечно. Подлинные факты.

– Других и не существует. Могу ручаться, что не представлю вам никаких неподлинных фактов.
– Вулф подался вперед и нажал кнопку на своем столе.
– По сути дела, это - единственное, в чем я могу поручиться. Позвольте сообщить вам, что вы все, вместе и по отдельности, несете ответственность за соблюдение условий заключенного со мной соглашения. А теперь, если...

Открылась дверь, и в кабинет вошел Фриц Бреннер.

– Фриц, у нас будет пятеро гостей к обеду, - сообщил ему Вульф.

– Хорошо, сэр, - не моргнув глазом, ответил Фриц и пошел к двери. Фриц - чудо. И специализируется он отнюдь не на яичнице и суповых полуфабрикатах. Когда он открывал дверь, послышался возмущенный голос Фрэнка Бродайка:

– Четверо, а не пятеро. Я уже приглашен на обед, и мне пора идти.

– Отмените эту договоренность!
– раздраженно велел ему Вулф.

– Боюсь, что это невозможно.

– Тогда я не возьмусь за работу, - резко ответил Вулф.
– Чего вы от меня ждете? После убийства прошла неделя.
– Он взглянул на настенные часы.
– Все вы будете нужны мне сегодня вечером. Возможно, мы засидимся далеко за полночь. Я должен знать все, что известно вам о мистере Кейсе и мистере Тэлботте. Кроме того, если мне предстоит освободить от упомянутого вами несправедливого подозрения мозги полицейских и жителей Нью-Йорка, начать надо с изгнания этого подозрения из моих собственных мозгов, а на такую трудную работу может понадобиться много часов.

– Ой!
– вдруг воскликнула Дороти Кейс, и её брови поползли вверх. Стало быть, вы нас подозреваете?

Пропустив её вопрос мимо ушей, Вулф обратился к Бродайку:

– Итак, сэр?

– Мне надо позвонить, - пробормотал Бродайк.

– Пожалуйста, - ответил Вулф с таким видом, словно выиграл важное очко. Он обвел присутствующих взглядом и, наконец, посмотрел на Одри Руни, сидевшую рядом с Уэйном Сэффордом.
– Мисс Руни, вы были на месте преступления и, следовательно, вы наиболее уязвимы. Когда и за что мистер Кейс уволил вас с работы?

Одри сидела прямо и совершенно неподвижно, плотно сжав губы.

– Ну...
– проговорила она, но тотчас умолкла и закашлялась.

Продолжения её речи так и не последовало, потому что нас прервали. Звякнул дверной звонок, но я не пошел открывать, решив предоставить это Фрицу. Таков был заведенный порядок: если я занят с Вулфом и посетителями, за дверью следит Фриц (разумеется, когда Вулф не отдает никаких особых распоряжений на этот счет). Вскоре открылась дверь прихожей, и Фриц вошел в кабинет. Прикрыв за собой дверь, он объявил:

– Мистер Вулф, к вам некто Виктор Тэлботт.

Это имя произвело такой же эффект, как приземление парашютиста на скатерть, вокруг которой сидят участники пикника.

– Боже мой!
– вскричал Уэйн Сэффорд.

– Черт побери, - пробормотал Фрэнк Бродайк и умолк.

– Итак, вы поставили его в известность!
– злобно обратился Фердинанд Пол к Дороти Кейс. Он решил не тратить времени на поминание бога и черта. Дороти в ответ вскинула брови. Признаюсь, эта процедура уже начала мне надоедать. Лучше бы Дороти сделала что-нибудь другое.

Одри Руни безмолвно разинула рот.

А Вулф сказал Фрицу:

– Пригласите его.

5

Подобно миллионам моих сограждан, я имел случай полюбоваться снимками Виктора Тэлботта в газетах и уже наклеил на него ярлык. Через десять секунд после того, как он присоединился к нам, я решил, что этот ярлык вполне уместен. Вик был из тех людей, которые перед началом вечеринки или обеда хватает поднос с аперитивами и обносит всех гостей, заглядывая каждому в глаза и рассыпая плоские шуточки. Но сейчас он был самым миловидным мужчиной в комнате. Не считая меня, конечно.