* * *

Реми де Труа быстро оделся и был препровожден в бело-красную залу. Стремительность, с которой это было проделано, наводила на мысль о том, что события в которых ему предстоит принять участие, пожалуй уже даже не в начале, а в разгаре.

–  Сударь, - обратился к нему де Ридфор, - прошу меня простить, что потревожил вас в час законного отдыха.

Де Труа, понимая, сколь дежурный характер носит это извинение, поклонился великому магистру и де Бриссону, находившемуся тут же.

–  Мне необходимо задать вам несколько вопросов, и, в зависимости от ответов на них, вы или вернетесь на свою кровать, или будете призваны выполнить одно мое поручение.

–  У меня сна ни в одном глазу, мессир.

–  Вопрос первый: знакомы ли вы с графом де Жизором, сенешалем нашего ордена.

–  Да.

–  Вы просто слышали его имя или вас представляли ему?

–  Меня представляли ему.

Де Ридфор пробежался пальцами по своей бородке.

–  Кто вас знакомил?

–  Брат Гийом, когда вводил меня в круг моих новых обязанностей.

–  Скажите, сударь, из того как вас представлял брат Гийом у господина сенешаля, должно сложиться впечатление, что вы человек, стоящий близко к брату Гийому?

–  Спросите об этом себя, мессир. В тот же самый день и теми же самими словами, брат Гийом рекомендовал меня вам.

Великий магистр задумался, восстанавливая в памяти тот эпизод. Чтобы помочь этой работе де Труа сказал.

–  Насколько я понял, мессир, целью этой процедуры как раз и было продемонстрировать, что я близок к брату Гийому и, именно поэтому, меня вводят в круг высших руководителей. Де Жизор просто обязан был понять это так.

–  Пожалуй, - задумчиво прокомментировал великий магистр. И тут же его речь приобрела прежнюю энергию, - так или иначе другого выхода у нас все равно нет.

–  Слушаю вас, мессир.

–  Какой вы однако... решительный. Вдруг я велю вам отправиться прямо в пекло.

–  Слушаю вас, мессир.

Де Ридфора с одной стороны эта демонстрация верноподданнических чувств позабавила, но с другой была приятна.

–  Вы немедленно отправитесь к господину сенешалю и не за тем, чтобы узнать какое вы на него произвели впечатление при первом знакомстве. Вам надлежит привезти его сюда.

–  Прямо сейчас?

–  И чем быстрее, тем сильнее вы мне угодите.

–  Но...

–  Вас будет сопровождать сильный конвой из моих португальцев. И отправитесь вы туда в портшезе, как будто вы дама.

–  Но, мессир, вы наверное знаете об отношении графа де Жизора к женщинам. Тот, кто захочет проследить за моим портшезом, удивится.

–  Таким способом передвижения пользуются и глубокие старики.

Де Труа кивнул.

–  Говорить можете, что угодно, хоть вашу историю про принудительное падение Иерусалима, главное, что бы до исхода этой ночи, сенешаль ордена был здесь.

–  Я сделаю все, что в моих силах.

–  Чтобы увеличить ваши шансы на успех я дам вам несколько подсказок. Граф де Жизор не очень хочет ехать сюда, но не уверен, что ему следует отказаться наотрез. Сомнение это питается верой в то, что единственным подлинным хозяином ордена, а стало быть и всей страны является некий брат Гийом. Вы продемонстрируете ему свою собственную персону, как доказательство того, что это не совсем так. Что даже в ближайшем окружении всесильного монаха есть предатели, счеты с которыми он свести не в состоянии. Извините, я употребил это слово для краткости.

Де Труа, улыбнувшись, кивнул.

–  Вторая подсказка вот в чем. Сегодня в городе состоится большая охота. Очень большая. В госпитале св. Иоанна находится племянник султана Саладина, и сегодня ночью, дядя, чтущий, на свою беду, рыцарский кодекс, собирается его дерзко навестить, исполняя данное обещание. Таким образом, вы повезете графу кроме собственной физиономии, еще и приглашение на охоту. Приглашение разделить успех, это все.

Не задавая больше никаких вопросов де Труа убыл.

Де Ридфору понравилось как он обстряпал это дело. Так или иначе, этого уродливого перебежчика следовало проверить, при этом пройдет окончательную проверку и господин сенешаль. Де Труа должен произвести на него впечатление. Если же он очень хитрый шпион, то насосавшись ценных сведений, он конечно попытается бежать. Португальцы на этот случай предупреждены.

Де Бриссон осторожно прервал размышления великого магистра.

–  Извините, мессир, не слишком ли вы доверились этому проходимцу?