Сержант показал на папки на большом письменном столе.

— Мы уже разыскали все необходимые бумаги и положили их на стол. В этих четырех папках материала больше, чем у Гувера по делу Аль Капоне.

— Четыре папки?

— Уже подготовлены кое-какие бумаги и по делу Дуга Китхона. Брайан приказал, чтобы к утру все было готово.

— Не много же времени он вам отпустил!

— Двух дней оказалось достаточно. Как-никак, а жизнь Китхона была как на ладони Единственный привод за то, что он немного перебрал спиртного Это случилось в 1946 году Собирать материалы на таких людей — плевое дело — Будем надеяться, что я справлюсь с ним так же быстро — Крупное дело, лейтенант?

— Кто его знает? Вы уже просматривали материалы?

— Только те, что находятся на регистрационных карточках. С материалами по делу Дуга Китхона я ознакомлен полностью.

Он вышел из комнаты. Я запер дверь, включил вентилятор и сел за стол. Револьвер, висевший на ремне, начал давить на поясницу. Я снял его и положил на край стола.

Росси был прав. Дела оказались пухлыми и объемными. Начинались и кончались они свидетельствами о смерти. Там же имелись и фотографии убитых, заключения специалистов по баллистике и все остальные бумаги, которые составляются при совершении того или иного преступления. Кроме чисто полицейских бумаг, папки содержали и биографии убитых. Многое из этого мне уже было известно, и то в одном, то в другом документе возникало также и мое имя.

Неожиданно затрезвонил телефон. Я снял трубку — Лейтенант Скаплон. Отдел по расследованию убийств Голос на другом конце был низким, но мягким — Говорит начальник управления, лейтенант Вам предоставили все документы?

Я беззвучно присвистнул. Звонок означал, что кое-кто считает меня недостаточно активным — Да Я только что приступил к работе. Читаю дела — Вот и чудесно! — Голос звучал по-отцовски нежно — Шеф, у этого дела длинные корни?

— Довольно длинные, лейтенант. Думаю, вы меня понимаете...

— Да, конечно... Но дело в том, что до сих пор все газеты рассматривают эти убийства каждое в отдельности. Ни один репортер не связал четыре убийства воедино, как звенья одной цепи. Не могу понять почему.

— Этот факт и является самым действенным нашим оружием.

— А если он станет известным?

— Не паникуйте, Скаплон. Тут всего лишь один убийца на район, где живут и трудятся двадцать тысяч честных граждан.

— Знаете что, шеф? — жестко произнес я. — Я ведь ищу убийцу, у которого на примете потенциальные жертвы. И почти наверняка эти будущие жертвы являются гражданами этого района. Вам это ясно?

— Лейтенант...

— Ладно, не будем об этом, мистер Арбатур. Попробуйте только еще раз нажать на меня, тогда я извещу прессу. Они сразу же разложат все по полочкам, а я буду им активно помогать. Так что оставьте меня лучше в покое Я повесил трубку до того, как он успел отреагировать на мои дерзости. На коммутаторе наверняка кое-кто раскрыл пасть от удивления, и вскоре этот разговор разнесется по всему управлению. Но мне было наплевать. Я понимал, что подразумевал Арбатур под «гражданами». В первую очередь его интересовали надежные избиратели, а я всегда был невысокого мнения о политических чиновниках, которые пришли из другой отрасли. Выходит, мне необходимо опасаться двух человек убийцы и политика. Я вновь углубился в дела. Револьвер я использовал в качестве пресса, чтобы не разлетались бумаги под воздействием вентилятора. И когда кто-то постучал в дверь, оружие было у меня в руке.

— Войдите!

— Ты что, хочешь меня застрелить, Джо?

Передо мной стояла потрясающая девушка. Высокая, стройная, с волосами цвета меда и фигурой валькирии. Увидев мои удивленные и вопрошающие глаза, она обворожительно улыбнулась.

Я попытался вспомнить, кто это, но так и не пришел ни к какому выводу.

— Сотрудник уголовной полиции Марта Борлиг решительно прибыла в ваше распоряжение, лейтенант! — еще обаятельней улыбнулась она.

— Ах, вот оно что!

Ну что же, ничего более умного я сказать не смог.

— Скажи хоть, что я подросла за то время, пока мы не виделись. Мне это все говорят.

— Подросла... и не только вверх.

Марта приблизилась к столу. Я поднялся, и мы крепко пожали друг другу руки.

— Я рада видеть тебя, Джо, — сказала она. Ей достаточно было лишь чуточку приподнять голову, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Значит, это ты. Марта...

— Да, я. Но это должно остаться между нами.

— Ты полагаешь, это можно оставить в тайне? Ведь ты магнит, который притягивает всех, у кого есть глаза.

— А я слышала, что ты не очень-то был рад, когда меня предложили тебе в качестве помощника, — хитро улыбнулась она.

— Ведь я знал тебя еще девочкой, и это было двадцать лет назад... — Я все еще смотрел на нее и не мог оторвать глаз. — Ты, маленькая Марта...

— Ладно, не будем больше об этом... — Марта приблизилась к креслу у стены и села. У нее была походка упитанной кошечки. — Я часто спрашивала себя, каким ты стал, Джо.

— Теперь ты можешь убедиться, что достиг я не очень-то многого. Два года в колледже, потом — в полицию, затем на войну, а сейчас снова в полицию. В нашей трудной работе лавров не заработаешь. Ты и сама все отлично знаешь.