Значит, одновременно с нашим приходом произошло что-то еще. Может, разгадка таилась в обнаруженных у покойника бумагах, не давшихся Вересу в руки?

Спокойно посидеть-порассуждать в уголке мне не дали — эльфы наконец-то вспомнили, кто приложил руки (и ноги) к возвращению их ненаглядной реликвии.

Нас снова подвели к трону, на сей раз почти вплотную, выдержать почтительную дистанцию помешала елка, загораживающая от Правителя большую часть зала. Кланяться нам в пояс Ллиотарэль, разумеется, не стал, да и вообще, видимо, считал, что хвалить людей вредно, однако небольшую милостивую речь отжалел. Если не вслушиваться, можно запросто с обвинительным приговором спутать — интонация на все случаи жизни у Правителя была одна. Это сколько же на него пришлось афродизиака потратить?!

На счастье Верховной Семерки, Верес слишком устал, чтобы долго и нудно обвешивать их острые уши ответными благодарностями. Он и так глядел на Правителя Града, как молодая мать на орущего младенца: «Ну когда ж ты заткнешься, рррадость моя?!» Эльфийская куртка с бахромчатым подолом, пестро расшитая бисерным жемчугом, смотрелась на нем шутовским балахоном. Хм, а на Морриэле — чуть ли не деловым костюмом. Но беседовать с Верховной Семеркой в тех обугленных тряпках уж точно никуда не годилось.

— Теперь вы уберете границу? — рассеянно кивнув в ответ, только и поинтересовался колдун.

Ллиотарэль вопросительно обернулся к советникам, и один из них, с поклоном выступив вперед, почтительно доложил:

— Она уже снята, Правитель, а к дриадам направлено посольство с искренними извинениями и дарами.

Верес с облегченным вздохом расслабил плечи, но тревожная складочка между бровями исчезать не спешила.

— Отлично… о справедливейший. А как насчет разгула нежити на пустошах? Как я уже говорил, мы пообещали Делирне разобраться в обстоятельствах ее гибели, что и привело нас сюда. Покойная Правительница Града высоко ценила вашу прозорливость и проницательность и была уверена, что вы поможете нам разобраться в этом вопросе.

Угу, на посиделках у цветника она Ллиотарэля иначе как «мордатым хвощом» не называла. А обзывала еще круче. Над плечом как будто раздалось ехидное старушечье покашливание (судя по тому, как вздрогнул и поморщился Правитель, не у меня одной).

На сей раз за Ллиотарэля ответил Морриэль:

— На одном из совещаний Совета Ковена было принято решение заменить износившиеся амулеты на более действенные.

— А почему нельзя было сначала изготовить новые амулеты, а потом убрать старые? — изумился Мрак. Я и раньше замечала, что он не морочит себе голову «образными речами», но эльфы ему это почему-то спускали. Может, из-за того, что у драконов было куда больше прав называться Перворожденными? На сей титул они не претендовали лишь потому, что это и так все знали. Вот эльфы и предпочитали не поднимать этот вопрос.

— К сожалению, я не участвовал в том совещании, — сокрушенно развел руками маг, — Ассариэль же объяснил, что это технически невыполнимо, и убедил нас потерпеть месяц-другой. Увы, мы сочли его доводы вполне логичными, обнести Град отпугивающей нежить стеной и защитить дополнительными заклинаниями было несложно. Впрочем, до сих пор она и на пустошах нас не трогала. Об обстоятельствах гибели Делирны мы узнали только от вас и поражены ничуть не меньше.

— И это не показалось вам странным, о могущественнейший из магов? — Подхалимаж-то я, скрепя клыки, из себя выдавила, а вот интонация подкачала. — Откуда такая уверенность, что от нежити вас оберегают именно вашей заклятия? Может, она просто выжидает удобного момента чтобы, расплодившись, получить всё и сразу?

— Уверены. Магический щит не действует только на оборотней — к моему величайшему прискорбию, — выразительно сказал Морриэль. — Но мы над этим работаем.

— Успехов, — нахально пожелала я, на всякий случай придвигаясь ближе к Вересу. Колдун воспринял сей маневр без особого воодушевления, но с места не тронулся.

— С Ковеном и артефактами я завтра же разберусь, — самоуверенно пообещал Морриэль. — А вы, если хотите, можете прогуляться по пустошам и поискать убийцу Делирны, коль такова была ее последняя воля.

Ага, прямо мечтаем! На сей раз я промолчала, но, видимо, так выразительно подумала, что Верховная Семерка вразнобой захмыкала и зашевелилась, осуждающе поглядывая на мага. Ллиотарэль рассеянно погладил лежащий на коленях артефакт. Думаю, нескоро он доверит его очередному тайнику. Еще и на ночь под подушку запихнет.

— А дриады оказали вам какую-нибудь помощь на сем тернистом пути?

— Они пообещали дать нам сто лучниц, — Мрак презрительно хмыкнул, показывая, сколь «высокого» мнения он об этой подмоге.

Верховные переглянулись — с таким видом, словно еще сто лет назад достигли полного взаимопонимания и не нуждаются в низменных словах. Я уж было решила, что они общаются телепатически, но тут Правитель и советники поняли, что из голых взглядов при всём желании каши не сваришь, и, временно прекратив играть на публику, склонились друг к другу и энергично зашептались.

Мы благоговейно (по крайней мере внешне) подождали, пока они примут решение, выпрямятся, снова изобразят на лицах мудрость веков и выдержат картинную паузу, дабы мы вдосталь ею налюбовались.