— Какая, роскошь, миледи! Никогда еще такой не видывала даже в Риверс-Эдже! — благоговейно восклицала Геарта.

— Да, мы будем жить в роскоши, Геарта, но какой ценой? — печально проговорила Блейз.

— Вам нечего стыдиться, миледи, если король остановил на вас свой выбор, — возразила горничная. — Вы вдова, а король уже давно расстался с королевой.

Блейз молча покачала головой. Быстро же Геарта рас — , прощалась с деревенскими привычками, познакомившись с горничной Блисс, Бетти! Блейз оглядела свою чудесную новую спальню. Кровать здесь была чудовищно велика — ей и полагалось быть огромной, чтобы вместить такого рослого мужчину, как король. Генрих не страдал полнотой, но был высоким и ширококостным, с сильной шеей и мощными конечностями. Над постелью нависал малиновый бархатный балдахин, льняные простыни были надушены лавандой. Стены в спальне также покрывали дубовые панели, напротив ложа помещался огромный камин, а столбики кровати украшала резьба, изображающая переплетенные виноградные лозы и цветы. По обе стороны постели помещались серебряные напольные канделябры, перед огромным окном, выходящим на реку, располагались длинный стол и несколько стульев. Несмотря на многочисленную мебель, места в комнате еще оставалось с избытком.

В гардеробной Блейз стояла огромная дубовая ванна. С помощью Геарты Блейз вымылась в теплой воде, как всегда с запахом фиалок. Геарта растерла свою госпожу полотенцами, нагретыми у камина, и напудрила ее тончайшей пудрой. Затем она помогла Блейз облачиться в прозрачную ночную рубашку из тончайшего черного шелка с длинными и широкими складчатыми рукавами. Глубокий вырез рубашки скорее обнажал тело, нежели скрывал.

— Откуда взялась эта рубашка? — спросила Блейз. — У меня такой не было:

— Это подарок миледи Фицхаг, мистрис, — отозвалась Геарта. — Она прислала ее сегодня с наставлением, чтобы вы надели ее вечером. Никогда еще такой не видывала!

Блейз от души расхохоталась. Это было вполне в духе Блисс — прислать ей столь откровенное одеяние.

— Да, Геарта, — кивнула она, — и мне не доводилось видеть ничего подобного. Кажется, что-то в этом роде носят французские куртизанки, но это не важно. Если моя сестра считает ее подходящей для меня, тогда кто же я такая? Деревенская мышка для дворцового кота.

— Как приятно слышать, что вы смеетесь, миледи! — воскликнула Геарта. — Последние недели вам было невесело. — Она взяла щетку и, усадив свою госпожу, принялась расчесывать ей волосы.

— — Я решила отказаться от борьбы с судьбой, Геарта, что мне еще остается делать? — вздохнула Блейз.

Геарта расчесывала волосы своей госпожи плавными взмахами, пока они не заблестели в теплом свете свечей.

Внезапно дверь, скрытая среди панелей стены, отворилась, и в комнату вошел король, одетый в стеганый синий бархатный халат. От неожиданности Геарта выронила щетку, и та глухо стукнулась об пол.

— Кто это рядом с тобой, дорогая? — с улыбкой спросил король. Сегодня он был невозможно обаятелен.

Блейз вскочила и опустилась в реверансе.

— Это Геарта, моя горничная, ваше величество.

Опомнившись, Геарта низко присела перед Генрихом.

— И давно ты служишь своей госпоже, Геарта? — спросил король.

— С тех пор, как она вышла замуж за милорда Эдмунда, сир, — поспешила ответить Геарта. — Я родилась в Риверс-Эдже.

Король стащил с мизинца узкое золотое колечко и протянул его горничной:

— Возьми этот маленький знак благодарности за твою верную службу леди Уиндхем, Геарта. Надеюсь, ты и впредь будешь заботиться о ней.

У Геарты от изумления открылся рот, и, только когда Блейз с силой толкнула ее в бок, горничная низко присела и приняла у короля кольцо.

— О, благодарю вас, ваша милость! Не сомневайтесь, я буду как следует заботиться о миледи, — пробормотала она, пятясь из комнаты.

— Она чуть не умерла от испуга, — улыбнулась Блейз. — Вы наградили ее с королевской щедростью, милорд. Она навсегда запомнит это и когда-нибудь будет рассказывать внукам, что удостоилась беседы с самим королем, который подарил ей кольцо.

— У нее есть дети? — спросил Генрих.

— Да, несколько, но она вдова. Дети уже выросли и служат Уиндхемам.

— Дай-ка взглянуть на тебя, — попросил Генрих и поставил Блейз перед собой. Медленно обведя взглядом ее фигуру, он заметил:

— Этот наряд невыносимо соблазнителен, мадам. Пройдитесь по комнате. — Когда Блейз выполнила приказ, король широко заулыбался. — В нем при ходьбе видны твои восхитительные обнаженные ножки.

— Эта рубашка — подарок моей сестры, — призналась Блейз.

— Прелестная леди Фицхаг знает, как позолотить розу, — заметил король, — но я вижу, рубашка тебе не нравится.

— Пожалуй, сир, для меня она слишком откровенна, — тихо подтвердила Блейз. Она уже не боялась стоящего перед ней мужчины. И только чувства, которые он возбуждал в ней, вызывали у Блейз страх.

Король шагнул ближе и небрежным движением разорвал рубашку, швырнув обе половины в огонь, где они с шипением исчезли во вспышке пламени. Ошеломленная Блейз застыла на месте.

Долгое время король разглядывал ее, прежде чем: произнести: