– Вовсе нет. Пакет в другом номере. Простите, но я слишком долго играл роль шпиона.

– Неплохое исполнение для человека на вашем месте.

– Боюсь, теперь это образ жизни.

– Наши техники до сих пор работают с первыми двумя дисками. Программа действительно впечатляет.

– Мои клиенты были умными ребятами и хорошими людьми. Только, полагаю, слишком жадными. Как и некоторые другие.

Раздался стук в дверь, вернулся Нил. Он вручил Джоэлу конверт, тот вытащил из него два диска и отдал их Роуланду.

– Спасибо, – сказал он. – Это потребовало мужества.

– Полагаю, у некоторых людей больше мужества, нежели мозгов.

Обмен состоялся. Говорить больше было не о чем. Роуланд направился к двери. Он взялся за ручку, затем вспомнил о чем-то еще.

– Для вашей информации, – сказал он мрачно. – ЦРУ практически уверено в том, что Сэмми Тин сегодня днем приземлился в Нью-Йорке. Рейсом из Милана.

– Спасибо, я догадался, – ответил Джоэл.

Когда Роуланд с конвертом в руках вышел из гостиничного номера, Джоэл вытянулся на кровати и закрыл глаза. Нил нашел в мини-баре две бутылки пива и упал в кресло. Он подождал несколько минут, потягивая пиво, потом все-таки спросил:

– Отец, кто такой Сэмми Тин?

– Тебе лучше не знать.

– Ну нет, я хочу знать все. И ты мне расскажешь.

В 18.00 автомобиль матери Лизы остановился перед парикмахерским салоном на Висконсин-авеню в Джорджтауне. Джоэл вышел и попрощался. А еще поблагодарил. Нил поспешил прочь, желая поскорее добраться до дома.

За несколько часов до этого Нил по телефону договорился о встрече, пообещав девушке, принимавшей заказы, 500 долларов наличными. Крепкая дама по имени Маурин ждала посетителя, ее не слишком радовала необходимость работать в столь поздний час, но было очень любопытно увидеть того, кто готов платить такие деньги за быструю покраску волос.

Джоэл заплатил вперед, поблагодарил девушку на телефоне и Маурин за сговорчивость и сел перед зеркалом.

– Вы хотите их помыть? – спросила Маурин.

– Нет. Давайте поторопимся.

– Кто это сделал? – сказала она, запустив пальцы в его волосы.

– Одна дама в Италии.

– О каком цвете вы думаете?

– О седом, равномерно седом.

– Естественный?

– Нет, резче, чем натуральный. Давайте сделаем его почти белым.

Маурин выразительно посмотрела на другую девушку – каких клиентов здесь только не увидишь – и приступила к работе. Девушка, принимавшая заказы, отправилась домой, заперев за собой дверь. Через несколько минут после начала сеанса Джоэл спросил:

– А завтра вы работаете?

– Не-а, завтра у меня выходной. А что?

– Около полудня мне необходимо будет провести еще один сеанс. Завтра у меня будет настроение на что-нибудь более темное, чем можно закрасить седину, которую вы сейчас наносите.

– Что это с вами? – Ее руки замерли.

– Давайте встретимся здесь в полдень, и я вам заплачу тысячу баксов наличными.

– Договорились. А что по поводу следующего дня?

– Я буду доволен, когда часть седины исчезнет.

Когда во второй половине дня раздался звонок, Дэн Сендберг сидел без дела за своим столом в «Пост». Господин на другом конце провода представился Джоэлом Бэкманом и сообщил, что желает побеседовать. Определитель на аппарате Сендберга показывал неизвестный номер.

– Настоящий Джоэл Бэкман? – спросил Сендберг, хватаясь за свой ноутбук.

– Я знаю только одного.

– Очень рад. Последний раз, когда я вас видел, вы были в суде, признавали себя виновным во всяких неприятных делах.

– Все смыто президентским помилованием.

– Я думал, вас спрятали на другом конце света.

– Ну, я устал от Европы. Скажем, соскучился по родной земле. Я вернулся и готов опять заниматься бизнесом.

– Каким бизнесом?

– Конечно, тем, который связан с моей специальностью. Именно об этом я и хотел бы поговорить.

– Вы доставите мне большое удовольствие. Однако придется задать вопросы о помиловании. Ходят самые невероятные слухи.

– Господин Сендберг, это станет первой темой нашего разговора. Как насчет встречи завтра в девять утра?

– Я не упущу такую возможность. Где?

– Я буду в президентском люксе в «Хэй-Адамсе». Приведите с собой фотографа, если пожелаете. Брокер опять в городе.

Сендберг повесил трубку и позвонил Расти Лоуэллу, своему лучшему источнику в ЦРУ. Лоуэлла не было на месте, и, как всегда, никто не знал, где он находится. Он попробовал другой источник в Лэнгли, но ничего не смог узнать.

Уайтекер сидел в салоне первого класса самолета «Алиталиа», летевшего из Милана в Даллас. Здесь, в носовой части, спиртное было бесплатным и лилось рекой, и Уайтекер старался набраться изо всех сил. Звонок Джулии Джавьер оказался шоком. Она начала достаточно милым тоном с вопроса: