— Ничего, — ответил он, проверяя, работает ли магнитофон на маленьком столике возле кровати. — Как поживает ваш приятель?

— Ему одиноко. Сегодня у всех были свидания, вы же знаете.

— Да, слышал. Гости действительно были у всех?

— Не совсем. Это очень грустно, не так ли? Мужчины смотрели по телевизору фильм с Джоном Уэйном, а женщины вязали.

— И никто не получил удовольствия?

— Очень немногие. Разве что Энджел Уиз, у которой сейчас роман с Рикки Коулмен. Муж Милли Дапри объявился, но крайне ненадолго. Карды наслаждались друг другом. О Хермане не могу с уверенностью сказать того же. И у Сейвелла была гостья.

— И какого же рода партнеры привлекают Сейвелла?

— Не знаю. Никто не видел.

Фитч опустил свой широкий антифасад на край кровати и сжал пальцами переносицу.

— А почему вы не навестили вашего друга? — спросил он.

— А кто вам сказал, что мы любовники? — вопросом на вопрос ответила она.

— Тогда кем же вы доводитесь друг другу?

— Друзьями. Догадайтесь, двое каких присяжных спят друг с другом.

— Откуда же я могу это знать?

— А вы догадайтесь.

Фитч улыбнулся своему отражению в зеркале и порадовался удаче, которая ему привалила.

— Джерри Фернандес с кем-нибудь.

— Молодец. Джерри на пороге развода, и Сильвия тоже одна Их комнаты располагаются как раз напротив, а в “Сиесте” так мало развлечений.

— Ну не настоящая ли это большая любовь!

— Должна сказать вам, Фитч, что Криглер сослужил обвинению хорошую службу.

— Присяжные его внимательно слушали, да?

— Каждое его слово. Слушали и не сомневались. Он обратил их в свою веру, Фитч.

— Скажите что-нибудь приятное.

— Pop обеспокоен.

У Фитча заметно затекла спина.

— Что же тревожит Рора? — спросил он, изучая в зеркале свое озадаченное лицо. Он бы не удивился, узнав, что она разговаривала и с Рором, почему же, черт возьми, его так шокировало то, что она сказала? Он чувствовал себя так, словно его предали.

— Вы. Он знает, что вы свободно разгуливаете по улицам, замышляя разные уловки, чтобы подобраться к присяжным. Разве вы не были бы обеспокоены, Фитч, если бы узнали, что какой-то субъект вроде вас усердно трудится на благо обвинения?

— Я бы пришел в ужас.

— Pop не пришел в ужас, но он обеспокоен.

— Как часто вы с ним говорите?

— Очень часто. Он галантнее вас, Фитч. С ним весьма приятно поболтать, кроме того, он не записывает наших бесед и не посылает своих ищеек следить за моей машиной. Ничего подобного он себе не позволяет.

— Он действительно знает, как обаять девушку, а?

— Да. Но он слаб, когда доходит до дела.

— До какого дела?

— До кошелька. Ему далеко до вас в смысле ресурсов.

— И какую же часть моих ресурсов вы хотите получить?

— Позже, Фитч. Мне нужно бежать. На улице напротив стоит какая-то подозрительная машина. Наверное, кто-то из ваших шутов. — Она повесила трубку.

Фитч принял душ и безуспешно попытался уснуть. В два часа ночи он отправился в “Люси Лак” и до рассвета играл там в “блэк джек” по пятьсот долларов, потягивая “спрайт”. Он покинул заведение с почти двадцатью тысячами только что выигранных долларов в кармане.

Первая суббота ноября выдалась необычно холодной для побережья с его почти тропическим климатом. Легкий северный ветерок трепал кроны деревьев и разбрасывал по улицам листву. Осень обычно приходила сюда поздно и держалась до первых чисел нового года, когда свои права заявляла уже весна. Зимы на побережье вообще не бывало.

Вскоре после восхода солнца, когда на улице появилось лишь несколько любителей бега трусцой, строгий черный “крайслер” въехал на дорожку, ведущую к скромному кирпичному домику, построенному на разных уровнях. Никто его не заметил, поскольку было слишком рано. Из машины вышли два молодых человека в одинаковых темных костюмах. Они прошли к входной двери, позвонили и стали терпеливо ждать, когда им откроют. Менее чем через час на газонах уже будут шуровать метлами уборщики, а тротуары заполнятся детьми.

Когда позвонили в дверь, Хоппи только что залил воду в электрический кофейник. Он затянул пояс на своем потрепанном махровом халате и попытался пальцами пригладить взъерошенные волосы. Должно быть, скауты, продающие пончики в столь ранний час. Хоппи надеялся, что на этот раз это не Свидетели Иеговы, если же они, он им покажет, сектантам этаким! Он двигался быстро, поскольку наверху его ждала куча еще полусонных детей. По последним подсчетам, шестеро. Пять собственных, а еще одного кто-то из них приволок из колледжа. Типичный пятничный вечер в доме Дапри.