Обед в Австрии порой сравнивают с бидермейером, который шутливо именовался эпохой жареных цыплят: наряду со знаменитым шницелем, жареная курица считается символом венской кухни. Семейный ресторан «Швайцерхаус» в Пратере заманивает гостей удивительно вкусными и столь же вредными для желудка штельце, как местные повара называют копченые поросячьи окорочка. Одолеть это чудовищное по калорийности блюдо способен далеко не каждый гурман, не говоря уже о сторонниках здорового образа жизни. Последним лучше отказаться от парковых трактиров и сразу направиться в ресторан «Храм» (нем. Tempel), где тяжелая классика местной кухни превращается в легкую, но все же питательную и вкусную пищу.

Под загадочной вывеской ресторана «Ub l» скрывается вполне классическое заведение с настоящей печкой и радушным хозяином. Здесь можно отведать великолепный венский шницель – нежный, немыслимо тонкий (5 мм) кусок телятины, хорошо отбитый и обжаренный до золотистой корочки. Секрет его приготовления в том, что во время жаренья повар приподнимает и энергично встряхивает сковороду, чтобы масло покрывало верхнюю поверхность шницеля, не давая ему пересохнуть. Поданное на стол с огурцами, помидорами, с привычным листовым салатом или особым картофельным, политым теплым бульоном, с оливковым маслом, яблочным уксусом, перцем и горчицей, это блюдо гораздо быстрее, чем интерьер, вызывает в памяти картины австрийской старины.

Ресторан «Пиаристенкеллер» и летний сад на площади перед церковью пиаритов. С рисунка XIX века

Вино собственного производства местные виноделы предлагают в хойригерах – винных кабачках, легко узнаваемых по сосновой ветке над входом. Наибольшее количество хойригеров находится в районе Рингштрассе, особенно в переулке Пиаристенгассе, получившему известность благодаря действующей обители пиаритов и уютному ресторану «Пиаристенкеллер». Почтенный возраст этого заведения заставляет забыть о его банальной сути. С недавних пор он именуется историческим, поскольку расположен там, где долго стояло здание, построенное, если верить хронистам, в 1280 году. Первый камень в основание монастыря заложил сам император Леопольд. План церкви пиаритов разрабатывал знаменитый зодчий Лукас фон Гильдебрандт, и вполне вероятно его участие в отделке столовой, которой к 1996 году предстояло стать престижным венским рестораном. Поводом для перевоплощения послужил 300-летний юбилей ордена пиаритов и проведенная в связи с тем реконструкция, затронувшая все, что веками скрывалось за толстыми стенами. Строители сумели воспроизвести деревянные панели стен и теперь, вернувшись к первозданному виду, они создают неповторимую атмосферу старины, которой так гордится хозяин «Пиаристенкеллера».

В этом уникальном заведении на стол подаются блюда, приготовленные по рецептам времен императора. На сцене актеры, нередко с помощью публики, разыгрывают старинные пьесы, каждый вечер проходят розыгрыши, иногда камерные карнавалы и каждый день – дегустация вин. Сегодняшний ресторан рассчитан на прием 267 гостей в помещении и около 100 человек могут разместиться в летнем саду. Большим компаниям предлагают места в Гербовом зале, Зале торжеств и Зале прелатов. Пары отдыхают в музыкальной гостиной, маленькой Витринной комнате или по-королевски располагаются в ложах.

Гербовый зал в «Пиаристенкеллере»

Палитра яств ресторана дополнена хлебом из деревенской печи, шедеврами монастырской кухни, альпийскими продуктами, сезонными блюдами из дичи, а также свежей форелью, которую хозяин разводит в собственном бассейне. Кулинарным дополнением этому богатству служат блюда, некогда любимые Габсбургами, например сочные мясные рулеты и крошечные говяжьи котлетки, известные со времен Дунайской монархии. Из мучных изделий славится сказочно вкусное лакомство – бисквит с горячей земляникой в йогуртово-брусничном соусе. Воздушный, украшенный фруктами и свечами торт с монограммой заведения или эмблемой фирмы клиента на украшенном золотом зеркале выносит лично хозяин ресторана.

После изысканной трапезы желающие продолжить вечер спускаются в винный погреб, туда, где под готическими сводами монастыря стоят огромные дубовые бочки. В подвалах «Пиаристенкеллера» нет электричества, и путь освещается сотнями свечей. По желанию гостей торжественное шествие может быть продолжено парадом исторических головных уборов с активным участием зрителей, дегустацией фирменных блюд, посиделками с венскими байками, народными шутками, битьем в бочку, заключающую в себе 10 тысяч литров вина и всякими, порой неожиданными, сюрпризами. На память о необычном развлечении можно сфотографироваться на фоне бочек в гусарском кивере или парижской шляпке, цилиндре аристократа и даже в колпаке палача.

Каждый будний день ближе к полудню под старинными сводами венской биржи слышится загадочное слово «Хансен». В этот час брокеры, забывая об индексах и падении курса, начинают договариваться об обеде, имея ввиду заведение, расположенное в том же здании, прямо посреди огромного цветочного магазина. В этом экстравагантном ресторане опьяняют не только ароматы яств, но и запахи живых цветов, что превращает обычный обед в райскую трапезу.

Очень старый дом с крутой крышей, римским подвалом и множеством маленьких комнат упоминается в хрониках 1447 года как трактир «Желтый орел». Это горделивое название заменило несколько прежних наименований, среди которых особенно лиричными были «Небольшая красная крыша» и «Золотой ангел». Нынешнее название «Грихенбейсл» было заимствовано у Греческого переулка, в котором оно располагается со времен основания. Столь частая перемена имен никак не влияла на суть этого уважаемого в городе заведения, всегда остававшегося трактиром и лишь в таком качестве имевшем значение для истории Вены. В 1852 году его владелец Леопольд Шмидт первым представил согражданам пиво «Pilsner Urquell» – напиток, ныне известный всему миру. «Грихенбейсл», расположенный в самой старой части города, в самом сердце Вены, неслучайно стал местом встречи выдающихся личностей. Сюда, чтобы насладиться превосходным пивом, запросто приходили Бетховен, Шуберт, Штраус, Марк Твен, Шаляпин. Трактир знаменит и тем, что именно в нем уличный музыкант Августин сочинил незатейливую песенку «Ах, мой милый Августин…», якобы спасшую от чумы самого автора и его родной город.

Современная Вена напоминает человека преклонных лет, который много трудился и ушел на покой, довольный достигнутым. При взгляде на город кажется, что в нем достигнут предел совершенства, и человеку остается лишь любоваться видом достигнутого, чувствуя присутствие духа прошлых столетий. Являясь признанным культурным центром, сегодняшняя Вена радует почти стерильной чистотой, безопасностью и обилием достопримечательностей, теперь доступных взору со смотровой площадки Башни тысячелетия (Миллениумтурм). Впрочем, последнее скорее огорчает, ведь австрийская столица испытывает постоянный и весьма немалый наплыв туристов. Многочисленных гостей со всего мира привлекают ее расположение на берегу Дуная, мягкий климат, романтичная атмосфера имперского города, древнего, но предлагающего своим гостям все современные удобства.