Делавэр отпрянула назад.

— Леон…

— Лисия, почему ты не оставишь меня в покое? Уходи отсюда.

Он ждал, что она повернётся и уйдёт, но не дождался. Перед глазами у него всё кружилось. Он даже боялся, что у него подломятся ноги, но тут Делавэр ему что-то протянула.

— Что это? — проворчал он.

— Видеокамера.

— Это я вижу.

— Возьми её.

Он оглядел камеру. Довольно дорогая «Sony Handycam» в герметичном корпусе. Такие используют богатые туристы и учёные.

— И что?

Делавэр развела руками:

— Я думала, вы хотите узнать, почему всё это случилось.

— Тебя-то это каким боком касается?

— Перестань наконец срывать на мне свою досаду! — прикрикнула она. — Я там чуть не погибла и сейчас могла бы сидеть в этой дурацкой амбулатории и хныкать, а я вместо этого пытаюсь тебе помочь. Так хотите вы это знать или нет?

Эневек глубоко вздохнул.

— Ну, хорошо. Продолжай.

— Ты видел, какие животные напали на «Леди Уэксхем»?

— Да. Серые киты и горбачи…

— Нет, — Делавэр нетерпеливо помотала головой. — Не какие виды, а какие индивидуумы! Ты мог бы их идентифицировать?

— Но всё это происходило слишком быстро.

Она улыбнулась. Не особо радостная улыбка, но всё же.

— Женщина, которую мы вытащили из воды, была со мной на «Голубой акуле». У неё сейчас шок. Вырублена полностью. Но если я чего хочу, я не отступлюсь…

— Я заметил.

— …и я увидела, что у неё на шее висит эта камера. Потому и не потерялась в воде. Снимала она непрерывно! Когда появился Грейвольф, он произвёл на неё очень сильное впечатление, и дальше она снимала уже только его. — Она прервалась. — Насколько я припоминаю, «Леди Уэксхем» находилась позади Грейвольфа, если смотреть от нас.

Эневек кивнул. Внезапно ему стало ясно, куда клонит Делавэр.

— Она сняла нападение, — сказал он.

— Она сняла китов, которые напали на корабль. Не знаю, насколько ты сможешь идентифицировать этих китов, но ведь ты знаешь их давно.

— И ты, конечно, предусмотрительно забыла спросить у дамы разрешения взять ее камеру? — догадался Эневек.

Она задрала подбородок и посмотрела на него с вызовом:

— Ну и что?

Он повертел камеру в руках.

— Ладно. Я посмотрю.

— Мы посмотрим, — поправила его Делавэр. — Я хочу проследить всю эту историю от начала до конца. И пожалуйста, не спрашивай меня, почему. Мне это просто причитается, вот и всё.

Эневек уставился на неё.

— Кроме того, — добавила она, — будь со мной поприветливее.

Он медленно выдохнул и стал разглядывать камеру. Надо было признать, что идея Делавэр была пока что лучшим из всего, чем они располагали.

— Я постараюсь, — пробормотал он.

Тронхейм, Норвегия

Приглашение застало Йохансона, когда он собирался ехать к себе на озеро.

После возвращения из Киля он рассказал Тине Лунд об эксперименте на глубоководном симуляторе. Разговор был недолгий. Лунд была по уши занята сразу несколькими проектами, а остальное время проводила с Каре Свердрупом. Йохансону даже показалось, что она не вполне вникает в тему. Но у него хватило такта ни о чём её не расспрашивать.

Несколько дней спустя позвонил Борман, чтобы поставить его в известность о последних результатах. Они продолжали эксперименты с червями. Йохансон, уже собрав вещи, был готов к выходу, но решил отложить отъезд ещё на один звонок, чтобы поделиться новостями с Лунд. Однако она не дала сказать ему ни слова. На сей раз она была в приподнятом настроении.

— Не можешь ли ты сейчас заглянуть к нам? — предложила она.

— Куда? В институт?

— Нет, в исследовательский центр «Статойла». К нам приехали руководители проекта. Из Ставангера.

— А для чего вам я? Рассказывать им страшилки?

— Это я уже сама сделала. Но они хотят подробностей.

— Почему именно от меня?

— А почему нет?

— У вас же есть отзывы, — сказал Йохансон. — Целые штабеля. А я могу только повторить то, что выяснили другие.

— Ты можешь больше, — сказала Лунд. — Ты можешь… выразительно передать свои чувства.

Йохансон на мгновение лишился дара речи.

— Они знают, что ты не эксперт в области нефтяного бурения и не специалист по червям, — горячо продолжала она. — Но ты пользуешься хорошей славой в НТНУ, ты нейтрален, на тебя не давят обязательства, как на нас. Мы судим совсем под другим углом зрения.

— Вы судите с точки зрения исполнимости того или иного проекта.

— Не только! Видишь ли, в «Статойле» целая куча людей, и каждый лучше всех знает что-то одно, а…

— Короче, зашоренные узкие специалисты.