— Джуд, конечно, права, не надо пороть горячку. Я думаю, нам понадобится несколько дней, чтобы эта идея созрела, потому что она базируется на…

Он городил глупости, звучавшие на учёный лад, пока они не вышли на палубу. Было холодно и ветрено. Над морем стелились рваные облака, волны ворочались внизу, словно доисторические животные, громоздкие и серые. Йохансон сильно мёрз, но изнутри его подогревала ярость.

— Честно признаться, — сказала Уивер, — я не понимаю ни слова.

Йохансон подставил лицо ветру:

— И не надо. Я думаю, здесь у них нет прослушки.

Уивер сощурила глаза:

— Ты о чём?

— Я всё вспомнил, Карен. Теперь я знаю, что со мной было позавчера ночью.

— Ты нашёл свою дверь?

— Нет. Но я знаю, что она есть.

Он сжато рассказал ей всю историю. Уивер слушала с неподвижным лицом.

— Ты считаешь, на борту есть что-то вроде пятой колонны?

— Да.

— Но для чего?

— Ты слышала, что сказала Джуд. Не надо пороть горячку. Я думаю, мы все — я, ты, Леон, Сью, Мик, разумеется, тоже, Сэм и Мёррэй — мы дали им полную наводку для розыска преступника. Мы теперь хотя бы теоретически знаем, с каким видом разума имеем дело и как он функционирует. Мы работали день и ночь, чтобы выяснить это. И вдруг нам дают дополнительное время и просят не торопиться?

— Потому что мы больше не нужны, — сказала она без выражения. — Потому что Мик в другой лаборатории с другими людьми работает над другим.

— Мы — лишь поставщики, — кивнул Йохансон. — Мы своё дело сделали.

— Но какую цель может преследовать Мик, которая не согласовывалась бы с нашей? — Уивер непонимающе помотала головой. — Какая альтернатива?

— Идёт какая-то конкурентная история. Мик ведёт двойную игру, но это не его идея.

— А чья же?

— За всем этим стоит Джуд.

— Она у тебя с самого начала сидит в печёнках, а?

— Я у неё тоже. Думаю, каждый из нас быстро понял, что другого ему не провести. А я-то никак не мог догадаться, почему я ей не доверяю. — Йохансон обхватил себя руками. — Она сейчас видит, как мы здесь стоим. Она не знает, о чём мы говорим, но исходит из того, что рано или поздно я могу всё вспомнить. Время её подгоняет. Сегодня утром она дала нам всем отбой. Это значит, что теперь начнёт действовать она.

— Это значит, надо скорее выяснить, что они замышляют. — Уивер задумалась. — Почему бы нам не созвать всех на совет?

— Слишком рискованно. Это сразу заметят. Я уверен, все помещения судна прослушиваются. А потом они закроют дверь и выбросят ключ. Я хотел бы загнать Джуд в угол, если удастся. Я хочу знать, что здесь происходит, и тут ты мне нужна.

Уивер кивнула:

— О’кей. Что я должна делать?

— Найти Рубина и выжать из него всё, пока я возьму в оборот Джуд.

— Где мне его найти?

— Может, он в той пресловутой лаборатории. Теперь я знаю, где она находится, но понятия не имею, как туда войти. А может, где-нибудь слоняется. — Йохансон вздохнул. — Может, я сумасшедший. Может, я страдаю паранойей, но сейчас я хочу знать, что происходит!

— Ты не страдаешь паранойей.

Йохансон посмотрел на неё и благодарно улыбнулся.

— Идём назад.

На обратном пути они опять болтали про мирный контакт с Чужими.

— Я сейчас схожу вниз, к Леону, — сказала Уивер. — Посмотрим, как он отнесётся к твоему предложению. Может, сегодня же займёмся программированием и поглядим, что получится.

Йохансон спустился по лестнице на второй уровень и заглянул в CIC, где Кроув и Шанкар сидели за компьютером.

— И что вы делаете? — спросил он игривым тоном.

— Думаем, — ответила Кроув из своего неизменного сигаретного облака. — А вы как продвигаетесь с феромоном?

— Сью как раз синтезирует вторую порцию. Уже, наверное, дюжины две ампул.

— А нас одолевают сомнения, тот ли это путь — благословенная математика, — сказал Шанкар. Его смуглое лицо кисло скривилось. — Боюсь, считать они умеют лучше нас.

— А что могло бы быть альтернативой?

— Эмоции. — Кроув выпустила дым из ноздрей. — Смешно, да? Именно к Ирр попытаться найти подход через чувства. Но если их чувства имеют биохимическую природу…

— Как и наши, — заметил Шанкар.

— …то аромат может сослужить нам дополнительную службу. Да, спасибо, Мёррэй. Я знаю, что и любовь — чистая химия.

— Сигур, а ты к кому-нибудь привязан химически? — пошутил Шанкар.

— Нет, сейчас у меня идёт обмен с самим собой. — Он огляделся. — А вы случайно не видели Джуд?

— Она только что была в LFOC, — сказала Кроув.

— Спасибо.

— Ах да, тебя же разыскивал Мик.

— Мик?

— Они тут вместе сидели и болтали. Мик собирался в лабораторию.