В то памятное утро мы впервые играли в электрическом варианте. Конечно, наша техника была несовершенной, она гудела и пищала, но все равно было здорово.
Тогда мы играли для неба, для солнца, для окружающих нас елок и осин, не думая о будущем, не думая о прошлом.
Существовало только настоящее, психованное и беззаботное.
