– Дорогая, – сказал он, – ты должна разорвать помолвку. Как только мы приедем в Кейптаун, ты все объяснишь Тревору.

Она вздохнула, закрыла глаза и прильнула к плечу Фрея.

– Я не могу. Как можно поступить так? Нанести такой удар? Это будет кошмаром для него.

– А как же я? Разве не ужасно бросить меня?

– Ты это переживешь, – робко начала она.

– Прекрати, – оборвал Фрей. – Ты же знаешь, что это неправда.

Она прижалась к нему еще крепче, полусмеясь, полуплача.

– Да, я знаю. Я тоже не могу жить без тебя.

– Это все, что я хочу знать. Ты это снимешь…

Он стащил с ее пальца обручальное кольцо, положил его в ладонь и сжал пальцы.

– Верни это. Ты должна объясниться с. Тревором. Это неприятно. Мне самому несладко. Но, слава Богу, ты не замужем.

– Я чуть не вышла за Тревора в Лондоне, но что-то удержало меня. Теперь я знаю что.

– Нехорошо уводить чужую невесту. Но не сделать этого я не могу. Надо иметь смелость признаться.

– О, Фрей! Я уже призналась себе сорок восемь часов назад. В тот момент, когда мы слушали музыку…

– Я видел тогда, как ты слушала музыку. И почувствовал, что полюбил тебя.

Но старался сдержать себя. Я не хотел, чтобы это случилось.

Андра прижалась к его щеке.

– Никто из нас этого не хотел.

– Пойдем вниз, моя любимая. Еще несколько минут под дождем, и ты наверняка схватишь воспаление легких.

Андре не хотелось спорить. Она не сопротивлялась, когда он обнял ее и повел сквозь пелену дождя в свою каюту. Теперь все кончено. Надо решиться на неприятное объяснение с Тревором. Она не может выйти за него замуж, независимо от того, что подумают об этом другие. Новое чувство захлестнуло ее. На этот раз – настоящая любовь.

Через мгновение Андра сидела на краешке койки Фрея, наслаждаясь теплом и приглушенным, мягким светом. Сбросив мокрое, липнувшее к телу платье, надела его шелковый халат. Фрей включил обогреватель и повесил сушиться ее платье.

Склонившись, снял с нее мокрые чулки, вытер ее ноги и поцеловал их. Он смотрел на нее, и Андру поразило его лицо. Она и не предполагала, что Фрей может быть таким – беспредельно счастливым, не отягощенным сарказмом недоверия, который был так привычен ему.

– Я думаю, ты даже не понимаешь, как я люблю тебя, Андра.

Она взяла полотенце и стала вытирать его мокрые волосы, в которых уже поблескивала седина.

– Ты – мой ребенок, – сказала она. – Вот что я чувствую. Ты мой маленький мальчик.

– Я никогда не был ничьим ребенком. Ты для меня все – мать, сестра, любовница, жена.

При слове «жена» по ее лицу пробежала тень:

– Фрей, объяснение с Тревором будет ужасным.

– Мне очень жаль этого парня. Но я не уверен, что совершил кражу. У меня такое чувство, будто ты всегда принадлежала мне. А он допустил ошибку увлекся тобой, пока меня в твоей жизни не было.

– Это не совсем убедительно, – засмеялась Андра, – но я согласна с тобой.

И все-таки, подумай о дне, когда мы приедем. Все рухнет. Для бедного Тревора это будет катастрофой. Он приготовился к другому. Купил дом, кольцо, получил разрешение на брак.

Фрей встал с колен, нашел сигарету, закурил. Потом прикурил вторую и протянул Андре.

– Ты согрелась, дорогая?

Его забота тронула Андру больше, чем страсть. Она не любила сравнений, но, сопоставляя Фрея с Тревором, не могла не признать, что любовь Тревора всегда была эгоистичной.

Ему хотелось владеть ее мыслями и поступками еще до того, как она станет его женой. Нет, Фрей будет для нее только тем, кем захочет она.

– Дорогая, – сказал он, – помолвка – это своего рода испытательный срок, чтобы узнать себя и партнера. Одно дело – разорвать семейные узы и совсем другое – помолвку. Это не преступление. К черту! Я тоже не хотел бы причинять Тревору боль. Но уверен, что жертва, которую ты хочешь принести, слишком велика и преступна. Нельзя выходить замуж за человека, которого не любишь.

Какое-то время она молчала.

– Если смотреть на вещи с этой стороны, думаю, ты прав. Мне кажется, я возненавижу жизнь с Тревором, если буду любить тебя.

– Я глубоко благодарен тебе, – тихо сказал Фрей. – Если бы ты настаивала на свадьбе с Тревором, то сломала бы меня. Ты должна быть со мной, Андра. Я не могу тебя потерять. Мне этого не пережить.

Фрей смотрел на нее с нежностью и любовью. В мужском халате, слишком большом для нее, она казалась такой юной, желанной. Прекрасные рыжие волосы рассыпались по плечам и влажными локонами спускались на лоб.