— Не думаю, что Чоузену что-нибудь угрожает. Он ведь из рода Фанданов, а Фанданы — люди стойкие. К тому же Чи Линь Вей буквально бредит фенро-ботаникой, а в знании этого предмета никому не угнаться за нашим мальчиком.

Эрвил вяло улыбнулся:

— Конечно, я тоже отдаю должное стойкости Фанданов. Но боюсь, вы ее плохо знаете. Она опутает Чоузена по рукам и ногам, а потом вытянет из него наши оборонные секреты.

Потягивая изысканное вино, изготовленное в одной из космических колоний, Флер отметила про себя, что, несмотря на свое добровольное затворничество в Плукахате, Дали Сприк не утратила вкус к роскоши.

— Видишь ли, это не так просто сделать. Потому что таких, как Чоузен, фейны называют «чистый клинок». Он просто не обладает знаниями, которые можно использовать против нас. А Фенрилль он представит с самой лучшей стороны, потому что наделен умом и верой — словом, всем, что украшает молодого человека.

— Попомните мои слова — она способна на самое настоящее колдовство. Но меня сейчас больше беспокоит другое: зачем понадобилось устраивать эту церемонию на орбите? Почему не на поверхности Фенрилля, где мы могли бы обеспечить должную безопасность?

— Затем, чтобы заслужить расположение Космической Службы. Эти ребята тренируются в открытом космосе, чтобы затем всю жизнь строить космические станции. А жизнь за пределами нашей системы не такая уж комфортная и не станет лучше в ближайшие лет десять. Настроение этих людей для нас очень важно, поэтому не следует пренебре-1ать гостеприимством адмирала Урска. Существуют некоторые условности, которые лучше соблюдать.

Флер повернулась к Дали, рассчитывая найти у нее поддержку, но увидела на ее лице все ту же озабоченность.

— Чи Линь Вей — адепт учения Маза, и остается только молиться, чтобы всем нам не пришлось пожалеть о вашем поступке.

При упоминании этого страшного древнего имени Флер бросило в дрожь.

— Но ведь подобные вещи находятся под запретом вот уже тысячу лет. Нет больше никакого Маза. Уж я-то знаю — я сама выросла на Земле.

Дали чуть раздраженно повела плечами.

— Милочка моя, не вы одна получаете информацию с Земли по собственным каналам. Ужасная наука до сих пор жива, ее лишь загнали в подполье, а теперь эта женщина снова извлечет ее на свет божий.

Флер так и подмывало вставить что-нибудь насмешливое, но вместо этого она дипломатично переменила тему разговора.

— А завтра на открытии конференции вы выступите?

Казалось, Дали медленно выходит из транса.

— Высгунлю. — Она хлопнула в ладоши и, когда слуга принес ей сосуд с ледяной водой, опустила туда ноги. — Замечательная вещь — держать это время еды. Очень способствует пищеварению. Вы бы, милочка, попробовали как-нибудь.

Флер не сдержалась и захихикала. Стремление старухи Сприк подчеркнуть свою элитарность уже принимало параноидальные формы. Впрочем, все эти безобидные причуды лишь добавляли ей обаяния.

— Вообще-то говоря, я сама собиралась попросить слова. Есть у меня одна идея, способная заинтересовать участников конференции. Я предложу им выбрать несколько научных тем, которые разрабатывают здесь, на побережье, и продолжить работу на наших горных объектах. — Ведь у нас самые лучшие лаборатории — взять хотя бы «Башню Сприк» или «Гору Гото». А здесь лучшие молодые ученые работают в крайне стесненных условиях.

Тут Эрвил, до сих пор мирно дремлющий на другом конце стола, встрепенулся, а Флер посмотрела на нее в немом изумлении.

— А знаете. Дали, это прекрасная мысль, — нашлась она наконец. — Вы обязательно должны выступить.

— Что? — прорычал Эрвил.

— Эрвил, я говорила с леди Юдифью, она обеими руками «за», так что это не просто старушечья причуда. Семейный совет Сприков обещал самым подробным образом рассмотреть мое предложение.

— — Да вы совсем с ума посходили! — воскликнул Эрвил, брызжа слюной. — Хотите, чтобы всякая шушера с побережья пролезла на секретные объекты Сприков?

— Но так ведь тоже не годится, Эрвил, — сказала сияющая Дали. — Война давно закончилась.

Если последние пятьдесят лет на побережье не совершили ни одного набега, значит, их больше и не будет. Пора нам сработаться и совершить прорыв в хитиновых исследованиях.

Усилием воли Эрвил постепенно взял себя в руки.

— Но ведь они — наши враги и всегда ими останутся. Неужели вы не видите очевидной вещи? У нас с ними слишком противоречивые интересы.

— Послушай, Эрвил, — вмешалась Флер, — все понимают — новая война приведет к коллективному самоубийству. Аризели просто разрушат нашу метрополию.