Нужный столик нашелся. Народа немного, но по соседству обедают два лейтенанта из отделения. Один тут же принялся выказывать умиление малышом (верней, его мамой, но это неважно). Рената положила Сашу в коляску, и Ромальцев уселся лишь тогда, когда она заняла отведенное место. Отведенное Владом место.

Важен еще один момент. Николай. Выследили или нет?

— Рената, а где ваш муж? — Влад полистал меню и поглядел на улицу.

Машины были тут как тут. Стояли, припаркованные на другой стороне дороги. А оттуда на витрину смотрели несколько пар глаз, сверлили взглядами, проклиная неожиданную помеху…

— То есть, я хотел спросить, где работает ваш муж?

Она попросила ручку, указав при этом на кармашек в чехле коляски. Ромальцев подал ей ручку и блокнотик. Рената написала ответ. Влад прочел и кивнул, затем аккуратно вырвал страничку и сделал из нее самолетик.

— Как вы назвали его? — он повел своей ладонью над малышом, тот потянулся к нему, но Ромальцев быстро убрал руку. Все в порядке. Все лучшим образом. Будь едина наша сущность, коэразиоре… Спасибо тебе…

Рената написала имя своего сына. Влад непонятно улыбнулся.

— Александр… Достойное имя для будущего защитника такой красивой матери… Или настоящего? — Ромальцев слегка подмигнул, сминая под столом бумажный самолетик.

Парни ждали. Подошла официантка. Рената провела ноготком по строчке «чай». Влад показал два пальца, и официантка удалилась. Рената принялась что-то писать.

«Александр в переводе с греческого — действительно «защитник». Вы тоже интересуетесь значением имен?»

— Нет, — беззаботно ответил Влад и откинулся на спинку стула. — Просто где-то слышал интересный факт, что Александр — это два имени в составе одного, вот и все…

Изящная, как птичье крылышко, бровь Ренаты вздернулась в немом вопросе.

— А вы не знали? Это имя означает «мужественный защитник». «Алекс» и «Андрос»… Вот так-то.

Рената слегка побледнела, но быстро взяла себя в руки, посмотрела на Влада, мягко улыбнулась. Всю жизнь бы петь парусом на ветру, видя лик ее перед собою…

Нужно будет осуществлять тот самый, «резервный» план… А он-то надеялся, что не придется этого делать… Но как теперь оставить их здесь? Счет на минуты… «Андрос»… «Андрос»! Есть!..

…Она смотрела на Влада, и в глазах ее светилось то, чего ей немного не хватало во время прогулки по парку…

…И еще — нельзя, чтобы они с Николаем сейчас об этом узнали. Надо каким-то образом вызнать подробности у Марго: наверняка к ней приходили…

— Ну, че делать будем? — насели на Клима его парни.

Этот гадский типец, по видимому, не собирался оставлять «заказанных» в одиночестве… От злости Клим даже поскреб ногтями в загривке.

— Паскудство… — прошипел он, глядя на мирно беседующих за столиками кафе рыжую и «красавчика».

— Так не стоять же! Этот, походу, ее снять решил…

— Да. Чую: у них там надолго. Ну че, ладно, отчаливаем на сегодня. Куда она денется теперь? Завтра доделаем. Еще второго найти надо…

Ребята с облегчением зашевелились.

В большом зеркале над стойкой отражалась проезжая часть улицы. Влад незаметно перевел дух: машины отъезжали. Он одним глотком допил чай, который цедил вот уже минут двадцать. Дернул рукав рубашки. Так… пятый час. Сделать нужно еще очень много.

Влад потер переносицу и едва удержался от жеста, который мог бы выдать его с головой.

Ренате не хотелось уходить. Он видел это, он чувствовал это. О, Танрэй, если бы ты знала, как не хочется уходить мне…

Внезапно молодая женщина встала, вытащила из кармашка в коляске общую тетрадь — растрепанную, потертую, почти целиком исписанную — и подала ему. Влад поднял голову:

— Что это?

Она перевернула несколько страничек и тонким пальчиком с изящным перламутровым ноготком провела по мелким буковкам.

«Заря, свет которой заливал округлые стены белоснежных зданий Оритана…» — прочел он.

Если бы она ведала, молния какой силы сейчас пронзила всю его сущность! Но лицо отразило лишь недоумение: