Ольга провела по голове расческой. Волосы ее подсохли и теперь сияли под солнцем.

– Я думала, мне плохо. А вам еще хуже. Вы бородатые, я рыжая. Вот встретились... А этот мужчина дальтоник. Он не различает красок.

Парни захохотали.

– Павлин-дальтоник...

Ольга спрыгнула с парапета. Надела свитер. Поежилась.

– Хорошо, что я вас встретила. Теперь мне будет гораздо легче. Почему, а? Я знаю, что смеются не только надо мной одной, - и мне легче. А вы не великие люди?

– Нет пока. Но мы постараемся, - серьезно ответил ей парень с разноцветной растительностью.

– Постарайтесь, а то вам житья не дадут. Бороды разрешаются только великим.
– Вдруг Ольга потускнела и сникла.
– Хотя что вам, вы можете бороды сбрить.

– Что ты! Слово даем!

– Мы уже столько вытерпели. Мы теперь как булат.

– Я тоже не стану расстраиваться, - развеселилась Ольга.
– Это зачем же я должна расстраиваться из-за дураков?

– Ты уже почти гениальная, - сказал ей чернобородый.

– Смейтесь, я не обижусь. Я рыжая, вы бородатые. Нам бы сюда еще лысого. Полный набор.

Прямо к ним по дорожке шагал подвыпивший старикан с продуктовой сумкой. Он остановился, хихикнул:

– Р-рыженькая...
– Сделал из пальцев козу, пощекотал Ольгу и еще хихикнул: - Рыжик!
– Потом он оглядел парней и насупился.

– Папаша, вы, конечно, культурный человек, - торопливо сказал ему парень с разноцветной бородой.
– Мы вас очень уважаем, папаша. Не нужно нас разочаровывать. Не надо. Мы все знаем. Мы исправимся.

– Я ч-человек к-культурный. Я к к-культуре всю жизнь стремлюсь и приближаюсь.
– Старикан сделал строгие глаза, скомандовал: - Обрить! Наголо!

Парень с разноцветной бородой отвел старика в сторону.

– Идите, папаша, отдыхайте. Дома вас старушка ждет, пирогов напекла с яблоками.

– Напекла?
– спросил старикан недоверчиво.
– Точно знаешь? Старуха меня уважает. И я ее уважаю. Сонюшка, я иду-у!..
– заорал он нараспев. Потом подмигнул и спросил хитро: - Ребятушки, а зачем вам эти бороды проклятые? Вы же русские люди, зачем вам волосья жевать? А может, вы не русские? Может, скрываетесь? А ну, покажь документы!

Парень с разноцветной бородой снова обхватил старика за плечи.

– А чего ты мне сказать не даешь? Отпусти меня, я сказать желаю. Требую разговора! Ребятушки, вы же советские люди. Зачем вам эта гадость на подбородке?

– Дураков считать, - угрюмо сказал чернобородый.

Старик хихикнул, кашлянул.

– Молодец, сынок. Люблю молодцов. Я молодой был проворный... Погоди, это ты кого дураком назвал? Ага, пьяного обидели. Я вам в папаши годен, а вы обижать. Советская молодежь... "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью..." - запел он строго и величественно, отчего задрожал весь. Потом плюнул себе на подбородок, утерся и сказал: - Тьфу на вас.

– Вы, папаша, не плюйтесь, вы прямо кулаком действуйте, - посоветовал ему чернобородый.
– Прямо в зубы.

– Э-э, не обманешь. Нынче народ не тот. Ему в морду дашь, а он драться лезет. Сбрейте, а?
– Старик повесил сумку на сучок, снял пиджак, сложил его аккуратно, оправил рубашку под ремнем, выпятил грудь и рукой взмахнул.
– Я что сказал?!
– закричал он.
– Развелось всяких рыжих и бородатых.
– И заплакал: - Сбрейте, а? Дайте мне сто лет прожить.

– Пожалуйста, - сказал парень с бородой разноцветной.
– Мы подарим вам вечность. Нам, папаша, не жалко.

– Ау-у! О-ля-ля! Где вы?
– На дорожку выбежала запыхавшаяся девушка в джинсах.

– Поехали!
– Она увидела Ольгу, сказала: - Абрикосинка, подосиновик, настурция!

И не успела Ольга ответить, девушка уже командовала:

– Пошевеливайтесь, до нуля остались мгновения... Не мешкайте, бородатые. Обленились тут без меня.

Парни подхватили рюкзак и мотор.

– Куда ж вы, сынки?
– обиженно спросил старик.
– И не поговорили как следует...

Снизу, с воды, раздался хохот, загремели уключины. Звук весел пошел по воде, удаляясь.

– А может, всех бородатых в застенок? А может, всех бородатых на каторгу? И наголо!
– бормотал старик в неуверенности.

Ольга от него отвернулась.

Старик пиджак свой поднял, почистил.

– "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью..." - запел он.
– Слушай мою команду! Обрить! Наголо!

Когда Ольга обернулась, старик сказал ей:

– Умные? Им кажется, что они выше? А почему они выше? Хамье!
– И запел нежно: - Сонюшка, я иду-у...
– И пошел сквозь кусты.