«Разве Творец нас… не бросил?»

Ста-Пан улыбнулся, сел на каменный куб, и тот вдруг вспенился, превратился в подобие бесформенного кресла.

«У Творца много других забот. Но его помощники следят за процессом роста Регулюма. Я встречался с одним из них по имени Дервиш».

– И я бы хотел! – вырвалось у Стаса.

«Может быть, ты получишь такую возможность. Не перебивай больше, у нас мало времени».

«Что нужно делать?»

«Ты согласен?»

«Ну, я… – Стас пошевелил пальцами, формулируя ответ, уловил иронический огонёк в глазах собеседника, выпрямился. – Я могу сначала закончить магистратуру?»

«Магистратуру тебе заканчивать не придётся. Тебя ждут другие знания, превосходящие всё, что ты можешь представить».

«Знания Бездн?» – скривил губы Стас.

«Я до сих пор жив только благодаря тому, что инба Цальг передал мне частичку этих Знаний».

«Хорошо, я понял. Последний вопрос не по теме: если я всё сделаю так, как надо, и вы – т о т – измените своё решение… базовая реальность изменится?»

«Несомненно».

«Но тогда и вы тоже… изменитесь?»

«Я просто исчезну».

«Но как же так… получается, вы себя… ликвидируете?»

«А кому я такой нужен?» – спокойно пожал плечами Ста-Пан.

Стас попятился, не спуская глаз с лица комбы, сел на каменный куб, который почему-то не превратился в кресло, как под Ста-Паном.

«Вы… сумасшедший!»

По губам Ста-Пана скользнула грустная улыбка.

«Без сумасшедшинки в крови жить скучно. Ты поймёшь это позже. Что касается базового варианта Регулюма, моё решение привело к возникновению на Земле Терсиса – глобальной террористической сети, грозящей выйти в космос и поколебать равновесие всей системы регулюмов. Допустить этого нельзя».

Ста-Пан закрыл глаза, посидел немного, думая о чём-то своём, добавил:

«Есть и ещё один аргумент…»

«Какой?»

«Женщина…»

«Извините?»

Ста-Пан открыл глаза.

«Меня любила женщина… а потом она ушла… но к делу! Вот какая дорога тебе предстоит».

Комба повернулся к выпуклому парусу стены, стремительно начертил на ней пальцем незамысловатый чертёж; линии чертежа начинали светиться вслед за движением пальца.

«Объясняю. Единичкой указан базовый вариант реальности, то есть мейнстрим».

«В котором живёте вы?»

«Двойка, тройка и четвёрка – свёрнутые варианты реальности, хроники. Пусть ты обитаешь в виртуале-двойке. В третьем и четвёртом виртуалах живут девушки, присутствие которых поможет нашему общему «предку» изменить своё решение. Обеих зовут Дарьями. Одну из них надо вытащить из «хрономогилы» и доставить в базовый вариант, в рубку Фобос-корабля».

«Зачем?»

«Думаю, увидев её, Станислав Панов-первый, – Ста-Пан усмехнулся, – сделает правильный выбор».

Стас заколебался.

Комба поднял ладонь.

«Знаю, ты недавно познакомился с девушкой Даной. Но, во-первых, о любви речь не идёт, ведь так?»

Стас неуверенно почесал затылок.

«Она красивая…»

«Во-вторых, – продолжал Ста-Пан, – спасение Дарьи тебя ни к чему не обязывает».

«А почему вы сами этого не сделаете?»

«Не позволяют законы Регулюма. Я не могу, к примеру, вернуться в прошлое и убить своего дедушку. В этом случае моя милисса как бы защищена логическим концептуалом, то есть она самосогласована. Убить моего дедушку может только кто-то другой».

«Я смогу?»

«Нет, ты не сможешь, так как входишь в пределы горизонта событий моей милиссы. Раз мы с тобой встретились сегодня, ты стал зависимым реципиентом этого события. Короче, для миссии спасения Регулюма нужен независимый оперативник».

«Подождите, так я зависим или независим?»

«Смотря с какой стороны посмотреть. Убить меня ты не сможешь, но изменить милиссу в состоянии, тем более что я сам этого хочу. Ты справишься».

«Почему вы так… уверены?»

Ста-Пан усмехнулся в третий раз.

«А я и не уверен. Просто мне больше некому довериться».

Стас порозовел, шокированный откровенностью комиссара, потом ему на ум пришла другая мысль:

«А если спасти сразу двоих?»

Ста-Пан достал из кармана плоскую красную коробочку, вынул из неё капсулу белого цвета, бросил в рот. Заметил взгляд молодого человека, протянул коробочку ему.

«Возьми, это «инэр», раскрывает резервы организма, поднимает тонус и всё такое прочее».

Стас несмело взял капсулу, повертел в пальцах.