«Только бы, – продекламировала Марсия, – только бы эта ужасная женщина не сделала ничего глупого… Представьте себе! Бедное дитя Роберта…»

Родерик сказал спокойно: «Мисс Бредфорд опытная альпинистка и не стала бы рисковать с начинающей. А Драри прав насчет погоды. В конце концов, Бигл отправился на Сгар нан Джилен, а он не пошел бы, будь что-то не так».

«Он тоже не вернулся», – уточнил Гей. Наступило короткое молчание. Я почувствовала, что нарастают беспокойство и тревога.

«И он тоже, – повторила Альма довольно глупо. – Ну, предполагаю…»

«Где ваш муж?» – спросила миссис Каудрей-Симпсон.

Вопрос прозвучал внезапно, но в нем не было ничего такого, от чего бы стоило так сильно краснеть. «Он… Он на прогулке».

Альма так явно смутилась, что все растерялись, не зная причины. Алистер быстро сообщил: «Мы после ланча прошлись к горному кряжу полюбоваться озером Лох Слапин. Я привел миссис Корриган, а Гарт отправился дальше».

«О, вы шли по этой дороге? Видели женщин на Блейвене?» – спросил полковник.

«Ничего подобного. Кого-то видели… полагаю, мистера Драри, но больше ни одной живой души».

«Я не был на Блейвене, – сказал Николас, – поэтому тоже их не видел».

Грант поставил чашку. «Сейчас только половина девятого, и я лично не думаю, что пора начинать беспокоиться, но им определенно следовало уже вернуться. Поговорю с Биллом. Возможно, они предупредили, что задержатся». Он быстро вышел в холл, наклонился над конторкой и горячо заговорил с майором Персимоном.

«Разумный парень, – сказал полковник. – Нечего волноваться из-за пустяков».

Но Марсию не так легко остановить. «Это очень страшно, правда? Что, интересно, с ними случилось?»

«На Куиллине возможно многое, – сказала резко Альма, – и уже слишком много произошло за последнее время».

«То происшествие? – сказал Алистер. – Оно вряд ли связано…»

«Я говорю не об убийстве, – продолжала грубо Альма. Марсия онемела от изумления. – О несчастных случаях в горах. – Она посмотрела вокруг, ее прекрасные глаза были серьезны и немного напуганы. – Знаете, сколько людей убил Куиллин только в этом году?» – Ударение на слово «только» придало предложению странный мрачный оттенок.

Марсия оглянулась через плечо туда, где огромные холмы вздымались к еще более огромным вечерним облакам. «Мно… го?» Ее голос звучал с оттенком благоговейного страха.

«Четверых, – ответила Альма и добавила, почти рассеянно, – пока…»

По моей спине побежали мурашки, и я была благодарна полковнику за быстрое вмешательство. «Ну, – произнес он авторитетно, – если люди бродят в горах с туманным представлением о технике безопасности, можно ожидать несчастных случаев. Почти всегда они происходят по незнанию или неосторожности, а оба эти качества не свойственны Биллу и мисс Бредфорд. Мы беспричинно суетимся, лучше прекратить обсуждать это и пугать себя». Он заговорил с Алистером о спорте, через несколько минут напряжение, казалось, спало, и начался общий разговор.

Я повернулась к Марсии. «Куда сегодня ездили?»

«В Потри, дорогая. – Ее лицо зажглось теплым мальчишеским очарованием. – По самым ужасным дорогам с бедным дорогим Фергусом. И он всю дорогу ворчал, как кот, потому что помыл машину».

«Я думала, что из Бродфорда ведет хорошая дорога».

«О да! Но она извивается с множеством ужасных поворотов и крутых обрывов и тому подобное…»

«Но Марсия, пейзаж…»

Тема пейзажа была отброшена взмахом сигареты. «Конечно, божественный, только шел дождь. И потом, Портри в воскресенье – это полный конец. Но я там в пятницу приобрела великолепный твидовый костюм. Вечером покажу. Бледно-пурпурный и восхитительный».

В комнату вернулся Грант, разговор стих, все глаза обратились на него. «Билл говорит, что совершенно нет причин беспокоиться, – успокаивающе сказал он, но в его взгляде на небо виднелась тревога. Кто-то включил радио, и полковник придвинулся к нему поближе. – Ждут новостей с Эвереста, – улыбнулся Грант. – Это восхождение и отсутствие рыбы в реках занимают в голове полковника основное место».

«Он симпатичный, – сказала я. – Будет очень грустно, если он разочаруется, но знаете, я к Эвересту испытываю необычное чувство… Думаю, мне было бы неприятно узнать, что на него взобрались».

«Неприятно? – Он с интересом посмотрел на меня. – Почему же?»

Я засмеялась. «Ну, может, это сильно сказано. Но я всегда думала о нем, как о последнем не оскверненном месте, которое не загадил самонадеянный человек, об удаленном, белом и недоступном. Незапятнанное место, именно это я имею в виду. Очень жаль увидеть следы человека на снегу».

«Не знал, что ты поэт, Джианетта», – раздался насмешливый голос Николаса. Он прошел к окну и встал как раз за моим стулом.