<p> Маяковский умел любить всеохватывающей, неуклюжей, беззащитной любовью. Она была больше его, и это прекрасное и чудовищное чувство, взрывающее все его стихи изнутри, в конце концов и погубило поэта. «Любовная лодка разбилась о быт». Кроме стихотворений о любви, в книгу включены письма поэта к Лиле Брик.</p>
Annotation
Маяковский умел любить всеохватывающей, неуклюжей, беззащитной любовью. Она была больше его, и это прекрасное и чудовищное чувство, взрывающее все его стихи изнутри, в конце концов и погубило поэта. «Любовная лодка разбилась о быт». Кроме стихотворений о любви, в книгу включены письма поэта к Лиле Брик.
Владимир Маяковский
Любовь
Лиличка!
Несколько слов о моей жене
Пустяк у Оки
Ко всему
Отношение к барышне
Письмо товарищу Кострову из Парижа о сущности любви
Письмо Татьяне Яковлевой
Любовь
В авто
Военно-морская любовь
Следующий день
А вы могли бы?
Вывескам
Пролог
Гейнеобразное
Маруся отравилась
За женщиной
Послушайте!
Вместо оды
Что?
Весна
Надежда
Любовь
Скрипка и немножко нервно
Из улицы в улицу
Кофта фата
Себе, любимому, посвящает эти строки автор
Неоконченное
I
II
III
IV
V
Облако в штанах
1
2
3
4
Флейта-позвоночник
Пролог
1
2
3
Люблю
Обыкновенно так
Мальчишкой
Юношей
Мой университет
Взрослое
Что вышло
Зову
Ты
Невозможно
Так и со мной
Вывод
Письма Владимира Маяковского Лиле Брик
[Москва, до 15 марта 1918 г.]
[Москва, конец марта 1918 г.]
[Москва, 2 ноября 1921 г.]
[Москва, 14 – 15 февраля 1924 г.]
[Ленинград, 20 мая 1924 г.]
[Париж, 9 ноября 1924 г.]
[Париж, 6 декабря 1924 г.]
[Париж, 2 июня 1925 г.]
[Париж, 9 июня 1925 г.]
[Париж, 19 – 20 июня 1925 г.]
[Пароход «Эспань», 22 июня 1925 г.]
[Пароход «Эспань», 3 июля 1925 г.]
[Мехико, около 15 июля 1925 г.]
[Баку, 20 февраля 1926 г.]
[Симферополь, 8 июля 1926 г.]
[Евпатория, 15 июля 1926 г.]
[Краснодар, 29 ноября 1926 г.]
[Париж, 7 мая 1927 г.]
[Ялта, 10 августа 1927 г.]
[Париж, 20 октября 1928 г.]
[Париж, 12 ноября 1928 г.]
[Москва, 19 марта 1930 г.]
[Москва, 12 апреля 1930 г.]
notes
1
2
3
Владимир Маяковский
О любви.
Любовь
Девушка пугливо куталась в болото,
ширились зловеще лягушечьи мотивы,
в рельсах колебался рыжеватый кто-то,
и укорно в буклях проходили локомотивы.
В облачные пары сквозь солнечный угар
врезалось бешенство ветряной мазурки,
и вот я – озноенный июльский тротуар,
а женщина поцелуи бросает – окурки!
Бросьте города, глупые люди!
Идите голые лить на солнцепеке
пьяные вина в меха-груди,
дождь-поцелуи в угли-щеки.
Лиличка!
Вместо письма
Дым табачный воздух выел.
Комната —
глава в крученыховском аде.
Вспомни —
за этим окном
впервые
руки твои, исступленный, гладил.
Сегодня сидишь вот,
сердце в железе.
День еще —
выгонишь,
может быть, изругав.
В мутной передней долго не влезет
сломанная дрожью рука в рукав.
Выбегу,
тело в улицу брошу я.
Дикий,
обезумлюсь,
отчаяньем иссечась.
Не надо этого,
дорогая,
хорошая,
дай простимся сейчас.