Вопрос в другом.

Почему же он решил меня предупредить?

Как-то слабо верится, что после того, как я пригвоздил его к стене вместо картины, мы стали закадычными друзьями.

Нет, всякое бывает, конечно… но все же.

— План у них такой, — продолжил Антон. — Вломиться, связать Влада, притащить в зал медитации и… дальше не услышал!

Я молчал, пока он говорил, лишь слегка стиснул зубы.

— А я в этом цирке какую роль играю? — спросил я.

— Тебя спровоцируют на драку, чтобы потом донести, будто ты напал на старших по статусу, — Антон сказал это так, словно перечислял меню в кафе. — И всё. Пару свидетелей, и тебя выкинут обратно к сбившимся.

— Интересный план, — заметил я. — Ты это мне от искренней заботы сообщил — или чтобы на представление позвать?

— И то, и другое, — Антон криво усмехнулся. — Хочу посмотреть, как ты выкрутишься.

Картинка в голове уже начала складываться.

— Энекргию они использовать собираютсябудут?

— Вряд ли… — Антон покачал головой. — Чистая физика. Сейчас за каждым потоком бдит Астахов.

— Хорошая новость, — сказал я и даже улыбнулся.

— Это чем же? — удивился мой собеседник.

— Тем, что у нас будет шанс порепетировать, — ответил я. — Да и физику я люблю.

— Репетировать — это когда ты уже знаешь, что делать, — вздохнул Влад, невольно слушавший наш разговор.

— А я и знаю, — я с невозмутимым видом посмотрел на Влада и снова на Антона. — И нам, кстати, нужен ещё один человек.

— Для чего? — в голосе Антона проступило любопытство.

— Чтобы сегодня ночью близнецы вернулись домой с испорченным настроением, — сказал я уже тише. — Ты как, с нами?

Я просверлил Антона взглядом. Мне важно было понять, из какого теста этот паренек. И не рифмуется ли его имя кое с чем, с чем его обычно рифмуют.

Антон замялся — напрягся сразу.

— Можно… подумать? — неуверенно прошептал он.

— Подумай, ага, — я с невозмутимым видом пожал плечами.

Антон кивнул и, бормоча что-то про надобность «добить» ступень, встал в своем квадратике в медитативную позу.

Я же откинулся на стену, созерцая, как свет потолочной лампы мерцает на риске амулета Вячеслава и на гравировке моего скальпеля.

В голове уже выстраивалась карта коридоров, камер и тупиков. Место, где они решат нас прижать. И то, как они сами туда пойдут.

Ночь будет длинной.

Предупреждение от Антона — точно не пустой звук. И надо как следует подготовиться.

Отдохнуть, конечно, не дали. Едва я успел прислониться к стене и хоть немного расслабить ноги, как зал нулевых зашевелился. Поток тел потянулся к выходу.

— Эвакуацию, что ли, объявили? — лениво поинтересовался я у Антона.

Тот, кстати, тоже собрался выходить.

— Ага, почти, — фыркнул он. — У нас тут график. Девиз Приюта — «ни одной свободной минуты». Когда мы не занимаемся практиками, мы занимаемся восстановлением.

Сосед, не вдаваясь в подробности, выудил из-за пазухи сложенный вчетверо листок.

— Вот, смотри.

Я развернул бумагу. На ней была аккуратная сетка, исписанная мелкими символами и пометками. С утра до позднего вечера — каждая клетка забита. Тренировки, медитации, силовые блоки, работа с Потоками, лекции, практики… Даже «отдых» здесь выглядел как пункт плана, только с ремаркой: «восстановительное дыхание».

— Нет ничего лучше, чем узнать, что твоя жизнь расписана до минуты без твоего участия, — сказал я, пробегая глазами расписание.

— Привыкай, — ответил Антон, уже вставая. — Здесь это норма. Не думаю, что там, откуда ты родом… как-то лучше.

— Я так понимаю, сейчас у нас что-то из раздела «очистить разум и впитать мудрость»?

— Угу. Зал медитации, — подтвердил он.

Мы влились в поток и вышли в коридор. А через пару минут были уже у дверей пыточной… ну, в смысле, комнаты медитаций. Камень здесь был старый, с полированной от времени поверхностью. Где-то в глубине, в одном и том же ритме, слышалось «кап-кап-кап» — как метроном, который задавал темп твоим мыслям. Кстати, того паренька, которого я видел здесь в прошлый раз, уже не было.

— Добро пожаловать в санаторий для особо стойких, — пробормотал я.

В зале было довольно прохладно, хотя и тянуло плесенью. Я сразу бросил взгляд на «правило»,. возле которого стоял высокий, сухощавый наставник, один из членов совета Приюта. Лицо с резкими скулами, холодный взгляд устремлён на меня. Его рожу мне уже приходилось видеть…

— Стройтесь, — приказал он негромко, и это слово отразилось от каменных стен.

В стороне, возле стены, маячило несколько сбившихся. Я сразу узнал Святослава и Илью. Они таскали тяжелые бочки с водой, протирали перекладины «правила», проверяли ремни. Делали все, на что не хочется тратить силы «элите».