Шокировать прожившего своё и видавшего многое руководителя Тайной Канцелярии трудно. Его вообще непросто удивить. Но слышать подобный перечень свершений, приписываемый одному наёмнику, который всего неделю пробыл в гостях, да ещё и сделал то, с чем не могли сладить лучшие знахари Империи…

«Мастер» отрицательно покачал головой.

— Исцелить Бериславскую-младшую не в моих силах. Я не психиатр. Но в моих возможностях стабилизировать её состояние, чем усиленно и занимаемся. Да, безумие отступило. Девчонка стала лучше и крепче спать. Кое-что сделал с повреждениями тела, кое-как помог усмирить повреждения души… Но полного излечения обещать не могу. Курс довольно долог и может достигать нескольких лет. Меня же тут через неделю собираются причислить к лику святых ещё при жизни. Не спешите.

Алина посмотрела на спутника.

— Подожди, — искренне улыбнулась она. — Продолжишь в таком духе — тебя и впрямь канонизируют.

— Полагаю, — осторожно поинтересовался офицер. — Дело в достижениях твоего мира, наёмник?

— Так точно, — кивнул призванный. — Принёс «из дома» некий запас медикаментов. Все болезни страны попрать не выйдет, но не смог отказать себе в чести и удовольствии помочь семье той, что стала для меня поддержкой и опорой в этом мире.

«Поддержка и опора» «Мастера» буквально сияла от счастья. Не чета тому состоянию, в котором девушка убывала из кабинета начальника неделю назад, опрометью ринувшись прочь даже не попрощавшись.

— Это многое объясняет, — слабо улыбнулся полковник. — Кроме, пожалуй, одного. Алина Святогоровна. Вы утверждаете, что благодаря усилиям вашего протеже попрали бессилие…

— Так точно, господин полковник! — радостно выпалила та. — Готова к прохождению переаттестации!

— Даже так? — хмыкнул хозяин кабинета. — Что ж. Вас услышал. Позже доведу дату заседания специальной комиссии по этому вопросу. Пока что примите мои самые искренние поздравления в связи с улучшением положения дел в семье… а ты, наёмник… Тебе отдельная благодарность, что присмотрел за нашей лучшей сотрудницей… и не остался в стороне от бед её дома.

— Всегда пожалуйста.

Посчитав личные вопросы разрушенными, полковник вернулся к изучению переданного ему листа докладной записки. Текст последней не был затянутым. На его прочтение не понадобилось и минуты.

— Вы уверены? — спросил он. — Вопрос к обоим. Шесть человек? Экспедиции числом в сотни разворачивались спустя несколько дней. А вы вшестером рассчитываете пройти весь материк до востока?

— Небезосновательно, — кивнул «Мастер». — Мне сейчас выложить выкладку, или подождать всеобщего совещания со всеми задействованными структурами и лицами?

Офицер взял из канцелярского органайзера ручку и размашистым почерком изваял текст резолюции со своей подписью.

— Нет необходимости. Раз так уверен в себе — значит, есть причины так считать. Разведка рудника многое о тебе показала, наёмник.

Протопопов оживился.

— К слову, о руднике. Ты заявил права на трофей в отношении Ханны. Уверен, что тебе нужна эта наёмница? У неё внушительный послужной список, и он далеко не ангельский.

Призванный ратник пожал плечами.

— Я ж не собираюсь брать её с собой в Сибирь. Но она крайне полезный источник информации. Склонить её на свою сторону нетрудно. А там и перевоспитать недолго. Она — наёмница. А наёмники везде одинаковы. Как только поймёт, что ей предложены лучшие условия, тут же сама начнёт под крыло проситься.

Алина Святогоровна скосилась на «Мастера».

— Ханна слишком много знает о внутренних делах Синдиката. Велика вероятность, что её попытаются устранить. Синдикат не любит, когда из его рядов уходят добровольно и живыми.

— Решим, — заверил протеже. — По всем пунктам.

В косяк приоткрытой двери кабинета робко постучались. Хозяину помещения все входящие посетители были видны, как на ладони, но «Мастеру» пришлось обернуться, дабы лицезреть происходящее позади него.

— А вот и первый по списку, — улыбнулся он, завидев визави. — Здравствуй, Лана… Ох, ты, грёбаный Икебастус…

Внешне наёмник остался сравнительно спокоен, хотя отпущенная им реплика прямо указала на состояние воина: увиденное его проняло.

Довольно необычно выглядела та, кто прервала беседу собравшихся в кабинете.

Лана (а это была именно сирота из Императорской Академии) предстала пред ними по форме, тождественной той, в которую была облачена действительный тайный советник первого класса Бериславская. Различия в одеянии оказались минимальными и заключались в отсутствии эполет, нагрудных знаков и каких бы то ни было символик, позволяющих причислить носительницу облачения к тому или иному подразделению. Если судить исключительно по увиденному, то оное позволяло опознать в Лане подопечную Тайной Канцелярии. Такой же статус до недавнего времени носил и «Мастер».

А реакцию призванного наёмника понять нетрудно.

Не каждый день увидишь прямоходящего полузверя в человечьей форме.

Непокрытая голова. Свисающие, на манер собачьих, уши, покрытые короткой тёмной шерстью. Лицо, как и всё тело, видимое из-под формы, также в шерстяном покрове. На теле приталенный чёрный китель и до середины бедра юбка, которая стараниями самой Ланы, умевшей держать иглу, не конфликтовала с анатомическими особенностями носительницы: хвост не мешался, хотя мог бы. И простые тупоносые туфли на низком каблуке, такого же, как и всё остальное, тёмного цвета, довершали перечень. Выглядело это, безусловно, непривычно.