— Если хочешь, я могу тебе помочь помыться. Раз мы обе девушки, то стесняться нечего, а еще я хочу о многом тебе рассказать. — неуверенно предложила Ульма.

Лана была удивлена подобным предложением недотроги-ведьмы. Сквозь усталость, царившую в голове, среброволосая ухватилась за одну-единственную мысль, плавающую на границе сознания.

— Ульма, ты сама на себя не похожа, — тихо произнесла она, пристально вглядываясь в сверкающие счастьем глаза ведьмы, но за их ослепительным фасадом Лана не могла сейчас ощутить никаких эмоций или чувств.

Будто перед ней стояла искусно выполненная кукла. Обманка. Почувствовав холодный укол страха, сребровласка незаметно потянулась к кинжалу на поясе, а стоящая перед ней ведьма весело рассмеялась.

— Не бойся. Это все еще я. Эмоции просто скрыла, не люблю, когда меня читают, как раскрытую книгу, ведь поведать я хочу о действительно личном. Чего не рассказывала никому, — мягко произнесла она, разводя руки в стороны.

— Я очень рада, что тебе весело, а вот мне совсем не смешно. Если ты та, за кого себя выдаешь, ответь мне на вопрос: как мы познакомились? — Лана все еще чувствовала напряжение, хотя интуиция молчала, и подозрительно смотрела в глубокие глаза ведьмы.

— Этот вопрос не так прост. Для тебя наше первое знакомство состоялось в Дикой Чаще, когда я спасла тебя, раненую, от порождений осколка моего мучителя. Но для меня знакомство состоялось гораздо, гораздо раньше. Знаешь, при нашей первой встрече, Лана Грейсер, я долго задавала себе один-единственный вопрос, — грустно улыбнувшись, Ульма склонила голову набок.

— И какой же? — ответ собеседницы немного успокоил Лану, убрав руку от кинжала, она выпрямилась, ожидая ответа.

— Имею ли я право на то тепло, что ты даришь? После всего, что совершила в отношении всего этого мира и конкретно тебя… — Пожав плечами, Ульма рассмеялась, но ее ушки, живущие своей жизнью, опустились вниз, выражая печаль. — Я не могла поступить иначе, ты была нужна мне, необходима, понимаешь? В том сгоревшем саду ты даровала мне надежду и пробудила чувство, ведущее через тысячи циклов. Я искала тебя снова и снова, чтобы это сказать…

— Пожалуй, это самое таинственное и настойчивое признание, которое мне когда-либо доводилось слышать от женщины… — озадаченно ответила Лана, покачав головой. Одинокие глаза ведьмы взирали на нее сквозь дымку времени. Целых веков в ожидании чуда.

Прервав ее размышления, Ульма распахнула двери купальни и приглашающе кивнула головой.

— Пойдешь со мной или останешься снаружи? — спросила Лана.

— Это тебе решать, — улыбнулась Королева Проклятых.

— Я безумно устала и буквально с ног валюсь. Так что и правда не отказалась бы от помощи. И даже благосклонно готова ее принять, но с одним условием, — широко улыбнувшись, Лана, протянув руку, осторожно потрепала харгранку по мягким, как алый шелк, волосам.

— Вечно тебе от меня что-то надо. Сначала украла мое имя, потом сердце. Чего ты хочешь в этот раз? — недовольно надулась Ульма.

— Перестань скрывать эмоции. Я, видишь ли, тоже не люблю, когда меня одну читают, как книгу! — воскликнула Лана и отправилась внутрь мимо ведьмы.

— Как пожелаешь, — сдержанно кивнула Ульма. — Только тогда будь готова терпеть. В моей истории мало светлых пятен.

— Я же обещала взять твои грехи на себя. Так что не волнуйся, теперь мы раскидаем весь этот груз на двоих. Тебе больше никогда не придется нести его в одиночку. Я, знаешь, все-таки рыцарь, моя дорогая. Так что тебе придется начать привыкать к двум невероятным вещам — искренности и заботе. — Жаркой улыбкой носительницы платиновой гривы можно было бы отапливать Лангард целую зиму. Ульма нерешительно растянула свои губы в ответ.

***

Большая, выложенная белым камнем купальня удивляла. Слева в ней располагался обширный бассейн с чистой, кристально прозрачной водой. Справа же находился небольшой гардероб и две неглубоких ванны, где можно было смыть грязь прежде, чем погружаться в воду бассейна. Но больше всего Лану поразило тепло, шедшее от облицованного мрамором пола, и искусно сделанные барельефы на стенах. Они, судя по всему, изображали сцены из мирного городского быта столь же изящных ушастых созданий, как и владелица этого места. Следы прошлого, которые Королева Проклятых так и не смогла выкинуть из своей жизни. Отражение величайшего преступления.

— Красиво тут у тебя, — улыбнулась она Ульме и принялась разоблачаться из грязной дорожной одежды.

— Архитектура и общий стиль взяты из моего родного города. Харграна.

— Ты была там королевой? Я хотела бы о нем послушать, — раздевшись, Лана, не оборачиваясь, направилась в сторону ванны, пытаясь пальцами разгладить слипшиеся от грязи волосы. За спиной она слышала тихие шаги ведьмы и нотки тоски и печали.

— Королевой в рабском ошейнике, — спокойно пояснила Алая Ведьма.