— Один раз я это уже сделала, и смотри, куда меня это привело... Но терять мне нечего. Хочешь здесь умереть, дело твоё.

Глава 7. Старое обещание

Мариус взмахнул длинным мечом, с десяти метров посылав золотую волну, от которой Лана и Ульма отпрыгнули в разные стороны, после чего Лана побежала по небольшой дуге к стоящей за спиной Мариуса Финниале. Дождавшись, когда рыцарь отвлечётся на Проклятую, Лана прыгнула к Фине, нанеся колющий удар. Та предсказуемо быстро уклонилась — её сверхъестественная интуиция была не слабее, чем у самой Ланы.

Скользнув ближе, Лана нанесла ей ещё один выпад, целясь в бедро, но та его парировала и отпрыгнула назад. Лана её преследовала, зажимая к ограде сада, нанося осторожные удары, но пока противница заняла глухую оборону и только уклонялась — достать её было практически невозможно. Сребровласка чувствовала её нерешительность и нежелание атаковать.

— Чтоб тебя! Девчонка, возьми себя в руки, я пытаюсь тебя убить! — прорычала воительница, после чего, оттолкнувшись ногой от ограды, использовала Волю, ускорилась и попыталась вонзить клинок в плечо вооружённой руки.

Чёрный меч отклонил её выпад, но Фина вместо контратаки снова разорвала дистанцию и крикнула:

— Врёшь! Я не знаю, что ты задумала, но ты не собираешься этого делать. А если я хоть раз попаду по тебе этим мечом, твоё сердце будет запечатано, и ты погибнешь!

Зло ругнувшись, Лана ринулась вперёд. Долго Ульма против Мариуса не продержится — она была ранена. Нужно было обезвредить Финниалу до того, как это произойдёт, иначе всё рухнет. Фина парировала её атаку и изящно уклонилась от удара кулаком, её тело окутало бесцветное сияние, подобное ауре, и девушка вновь прыгнула назад.

— Она во власти Астера. Он не придёт за своей рабой. Мы не сможем её спасти! — вглядываясь в глаза своего отражения, с болью произнесла Дева Меча.

— Знаю. А теперь заткнись и дерись! — использовав Волю для рывка, Лана вновь сократила расстояние, но помедлила, прежде чем нанести удар. Её глаза вспыхнули, она собрала в глубине души воспоминания о той незамутнённой ненависти Повелителя, что испытывала на стене, и ударила ею по разуму Фины.

Та вскрикнула, но смогла снова уклониться от следующего выпада, не ударив в ответ. Лана продолжила чередовать ментальные и физические атаки — она чувствовала, что корёжит разум противницы, рушит её самоконтроль, и это было больно. Для обеих.

Фина тяжело дышала, но после пятого удара Лана сменила тактику и ударила по ней уже собственной яростью и злобой на самого Повелителя. И девочка сломалась — всхлипнув, она закричала и, парировав удар, свободной рукой выпустила в Лану волну бесцветной решимости. Нервы воительницы заледенели, изогнувшись всем телом, она усилила ноги и высоко подпрыгнула, разминувшись с потоком силы Хозяина Колеса на считанные сантиметры, пронесясь над ним по направлению к противнице.

Воля Фины, как и её чёрный клинок, были Лане хорошо знакомы — она чувствовала меч так, словно сама когда-то сжимала в руках. После прыжка сребровласка приземлилась на руки и сразу же ударила обеими ногами в нагрудник противницы, на пару метров подбросив её в воздух. Но ещё до того, как тело взмыло в верхнюю точку, Лана оттолкнулась руками от земли и взлетела следом, нанеся горизонтальный пинок, отбросивший Финниалу к сражающимся Мариусу и Ульме. Девушка ещё в полёте потеряла сознание, и её жуткий меч выскользнул из безвольной руки, упав на клумбу между цветами.

Приземлившись, Лана сразу же рванулась в сторону сражающихся. Мариус в этот момент ударом щита сбил Ульму с ног и уже занёс у неё над головой оружие, когда фиолетовой вспышкой перед ним возникла Лана, заслонив Харгранку собой и приняв удар гиганта в жёсткий блок, едва не бросивший её на колени. Их глаза встретились, рыцарь надавил сильнее — длинный меч Ланы согнулся по центру, девушка прошипела ему в лицо:

— Защити Фину, Мари!

Мариус бросил быстрый взгляд на тело девушки, над которым формировались копья фиолетового пламени, пнул Лану латным сапогом в живот, опрокинув на начинающую подниматься Ульму, и сорвался с места. Сереброволосая сбила Алую Ведьму с ног, и они прокатились по земле. Воля Ланы ушла на то, чтобы остановить клинок рыцаря, так что от удара её нагрудник погнуло ещё сильнее. Рёбра противно и протяжно ныли, когда, наконец остановившись, Лана посмотрела в изумрудные глаза и попыталась улыбнуться с кровью на губах. Ульма была разочарована и зла.

— Ну и зачем всё это? Сейчас мой господин убьёт сначала рыцаря, а потом и девочку, прежде чем та придёт в себя. Ты… ты всех погубила, — протянула она разорвано, отчаянно, потерянно. Сердце Чащи защемило в груди.

— Я слишком занята спасением твоей жизни для того, чтобы думать и про них! Если тебя это волнует — спаси их сама! — скрипнув клыками, весело ответила Лана, пытаясь подняться и прислушиваясь к звукам боя поблизости.

Бой. Кровь. И то, что она чуяла рядом. Он. Его ненависть. Да. Это то, что она жаждала всем своим естеством. Не такой, как прежде, цельный, единый — он пах как предрешённый финал. Отчаянием. Лану тряхнуло, когда сквозь её вены вновь потёк бесцветный яд Богоборца — подарок её второй личности. Ланнард столь явно желал уничтожить врага, что щедро делился с ней силой, промораживая сердце насквозь запредельной решимостью.

— Я не могу, Белая. Не могу пойти против его приказа… — с тоской прошептала Харгранка.

— Тогда молчи и доверься старшей сестричке! Убегай отсюда. Когда всё закончится — я тебя найду, обещаю! — ухмыльнулась Лана и смачно поцеловала Королеву Проклятых в лоб, окончательно повергнув в шок бедную ушастую ведьмочку.

Поднявшись на ноги, Белая Баронесса заковыляла к клумбе неподалёку, держась за живот. Вокруг вились вихри фиолетового пламени, уже обратившие весь сад в пепел, кроме небольшого клочка клумбы, посреди которого рукоятью вверх торчал чёрный клинок. Сверхъестественное пламя проходило сквозь тело среброволосой, не причиняя вреда, лишь её сердце вздрагивало каждый раз от радостного узнавания и колотилось быстро и всё быстрее, грозя разорвать её на куски от переполняющей чуждой Воли. Сделав ещё пару шагов, девушка прищурилась от вспышки золотого света и наконец бросила взгляд в сторону сражающихся.