«Жить вечно? А такое возможно?» - я затаил дыхание.

«Ну, жить вечно одну жизнь – практически нет. Но при определенных условиях можно продлевать свою жизнь достаточно большое количество раз…»

«То есть, ты можешь продлить человеческую жизнь неограниченно долго?»

«И да, и нет…» - мне показалось, что она не очень охотно отвечает, и в ее голосе явно присутствовало раздражение.

«Интересно, что ты потребовала от него взамен? Видимо цена была слишком большой? И он попытался тебя кинуть? Что вы не поделили?»

Она снова промолчала длительное время, прежде чем ответить:

«Есть много способов добиться от демона желаемого. Договор один из них, самый надежный, будем честны. Еще можно принести в жертву кого-то другого, заплатить его жизнью. При наличии согласия человека или права на воздействие я могу выпить жизненную силу. А могу поделиться ею... Если ты достаточно силен и умен – подчинить демона, или заставить обманом…» - она явно умолка на половине фразы.

– Погоди! – от внезапного понимания я вскочил, и вместо того, чтобы продолжить диалог мысленно – сказал это вслух. – Что он собирался принести меня в жертву – это я понял. Но… дальше, когда мы заключили собственный договор, ты его покалечила и… из него что-то потянулось, а его самого иссушило до состояния мумии… это оно и было, да? Та сила, которую ты… выпила?»

«Так, хватит расспросов!
– неожиданно рыкнула демоница. – По-моему я итак слишком много выболтала.»

– Интересно, какую цену ты бы запросила у меня, если бы я…

Малисса зло рассмеялась, и выпалила, перебив:

«Ты готов предложить свою душу?»

– Нет! Даже не думай! Хватит с тебя и тела, которое ты заполучила, воспользовавшись моей беззащитностью! – я почувствовал, как меня охватывает злость от безвыходности.

«Тогда тебе больше нечего мне предложить, - презрительно холодно бросила она. И я сказала хватит».

– А что ты там упомянула насчет абсолютной памяти и власти над разумом? Такое тебе тоже под силу? Как насчет поменяться на одно желание?

«Р-р-р… человек! Ты хорошо понимаешь, о чем хочешь попросить?»

Я присел, и задумался, формулируя и облекая в максимально объемную оболочку слова, структурируя чтобы получить максимальную пользу от истраченного желания.

– Я хочу овладеть тем, что ты называешь абсолютной памятью и властью над разумом, в максимально возможном ее варианте, выражении и охвате этого термина, хочу чтобы эта память была настолько абсолютной, чтоб я запоминал все, что увижу или услышу, мог заново прокручивать, анализировать, вспомнить все то, что уже ранее видел или слышал, заново интерпретировать и подвергнуть всестороннему анализу запомненное, и хочу при этом, чтобы ты не имела возможности читать мои мысли или память, если я того не разрешу или не передам тебе воспоминание сам, и чтобы моя память -моим эм… отстранением от управления – осталась только моей и ничьей больше! Ты должна исполнить все в точности и совокупности! И это мое желание!

Последнюю фразу я произнес с максимальны торжеством, и затих, ожидая, что произойдет.

Молчание длилось около полуминуты, после чего неожиданно Малисса расхохоталась, и мне даже показалось, что захлопала в ладоши, которых к слову у нее нет. Ну, не считая моих, конечно.

«А у тебя губа не дура, как у вас говорят! Слышала я когда-то давно одну восточную сказку, где араб нашел лампу с джинном, освободил и тот пообещал исполнить три его желания. А мужик – тоже далеко не промах, попросил: хочу, мол стать молодым, богатым, счастливым в браке с десятью женами человеком, правящим как падишах всею Персией – это раз… Нет, мой ушлый и хитрый дружок, со мной этот номер не пройдет! Я не какой-то глупый джинн, я демон-трикстер! Я лучше всех знаю словесные уловки, и как их обнаруживать и обходить! Поэтому - только одно явно выраженное желание, оно должно быть соразмерно плате, и мне по силам! Поэтому – не принимается».

Я вздохнул, но не сильно расстроился. Было бы чудом, если б это было так легко. Однако, что-то мне подсказывало, что двигаюсь я в правильном направлении, и идеальное решение где-то близко…

– Тогда… - я улыбнулся, потому что неожиданно все кусочки пазла сложились в одну понятную картину. – Я хочу, чтобы ты даровала мне абсолютную память и власть над разумом в таком объеме и интерпретации – в какой бы сформулировала сама, зная все свои тонкости, хитрости и изъяны. Выполни это желание так, словно я твой лучший друг и ты от всей души желаешь мне добра и желаешь помочь, с учетом соразмерности платы. И это мое желание!

Вот теперь ответом мне была гнетущая, пугающая тишина. Демонесса явно всерьез обдумывала заявленное мной, искала способы отказать или извратить желание – сделать что все, чтобы не дать мне себя перехитрить даже в мелочи.

– Малисса?

В моей голове раздался утробный клокочущий звук, и я не сразу понял, что это ни что иное как рычание демоницы, выплескивающей гнев в бессильной злобе.

«При…» -начала она и замолкла.

– Что-что? Прости, я тебя не расслышал, - давил я, сбивая ее с мысли и не давая времени подумать. – Ты отказываешься выполнять? Тогда ты нарушаешь договор – желание должно быть выполнено максимально быстро.

«Не отказываюсь! – рыкнула она. – Принимается! Но это займет некоторое время, потому что для этого мне придется немного перестроить твой организм.»

– Когда будет готово?

«Вероятно завтра», - нехотя ответила она.

За дверью в комнату послышались шаги, ручка повернулась, и я бухнулся на подушку, притворяясь спящим.

Зашедшая мама тихо спросила сплю я или нет, и вышла, погасив свет.

* * * * *

Наутро она меня разбудила как обычно, напомнив, что, если я дальше буду валяться – пропущу Диму, который отвозит нас с Денисом в универ.