Я громко вдыхаю воздух, словно новорождённый младенец, которого хлопнули по попе. Мне бы похныкать, но пока не до этого!

То, что я смог вырваться из ловушки — далеко не моя заслуга. Рука незнакомца ослабла, но не так, чтобы я смог высвободиться из мёртвой хватки. Он продолжал держать меня за шею как какую-то мелкую собаченку.

Вместо слов — я продолжаю жадно хватать воздух. И, делая очередной вдох, я слышу.

— Так просто ты не сдохнешь! Я хочу тебя тёпленькой…

Этот голос… я узнаю его среди тысячи. Я сразу понял, чей взгляд весь вечер я на себе ощущал. Чьё дыхание постоянно окутывало меня, пока я беззаботно напивался с Борисом.

Я поворачиваю голову, глаза свожу в бок и вижу его.

Вижу эту мерзкую рожу.

Вижу эту огромную голову с уродливой болячкой на том месте, где должно быть у человека ухо.

Амбал лыбится. И тут же давит рукой с новой силой. Такой мощи я не могу противиться. Моё тело поддаётся, отправляя голову в холодную воду. И ладно бы я просто захлебнулся. Нет, так всё просто для меня не закончится.

Я чувствую, как его рука задёргивает мою рубаху. Оттопыривает до самых плеч, оголяя спину. Затем срывает трусы. Тяжелое и горячее брюхо ложится мне на спину, смачивая моё тело похотливыми струйками пота. Приплыли…

Я дёргаюсь, машу ногами. Пытаюсь удержать в лёгких воздух, но при каждом прикосновении к моему телу, я впадаю в панику и кричу изо всех сил, выпуская наружу сотни пузырей.

Кричу от обиды.

Ору от отчаяния, что ничего не могу поделать. Беспомощный котёнок, брошенный в речку.

Какой позор! Что подумает мама? Что скажут соседи…

Я в гостях! Отпусти меня!

Хватка на шее ослабла. Я тут же выдергиваю голову из зевы деревянной бочки. Стекающая вода по лицу мешает сделать вдох, затекает в рот, вызывая кашель.

— Нравится? — шепчет Амбал.

Я ощущаю его дыхание на своём лице. Он целует меня в ухо, облизывает щеку.

— Нет, — говорю я.

Мне хочется закричать, но кашель не позволяет.

— Сейчас понравится…

— Ты не умеешь обращаться с женщинами. Мы любим ласку, заботу. Чтобы из грязной пасти не воняло недельными помоями…

— А так любишь?

В этот момент я чувствую, как в меня что-то пытается войти. Ниже живота. Между ног. Этот урод засунул в меня свой палец… Свой грязный палец с ногтем, который постоянно грызёт своими гнилыми зубами. Это совсем неприятно. Я ощущаю, как что-то шевелиться внутри меня, цепляясь сухой плотью за мои влажные стенки.

— А теперь, сучка, тебе нравится?

— Нет! — говорю я. — Я как будто с малолеткой. А ТАКИЕ точно не в моём вкусе. Я люблю настоящих мужчин…

— СУКА! Сейчас я тебе покажу настоящего мужика!

От этого бугая воняло не только жареным мясом. Погреб быстро заполнился запахом кислого пота, от чего мне захотелось снова погрузиться в бочку. Но вместо этого он зажал мне рот рукой. Страстно присосался губами к моей щеке. Переместился к уху, а потом занырнул в волосы, продолжая их страстно целовать.

Я не могу выбраться. Его тело прижимает меня к бочке, как фура, поджавшая под себя легковушку.

Я в тисках!

Я в ловушке!

Он начинает снимать свои штаны. Спускает до колен. Я чувствую это кожей своих ног. Чувствую его волосатые ноги. На своих ляжках я чувствую что-то упругое и горячее. Набухающее. Стремительно ползущее к моей промежности так, что мою кожу сжимает в тонкие складки.

Это нужно остановить! Я быстро опускаю руку, желая перехватить эту шершавую змеюку.

— Не смей, — шепчет он мне в ухо. Затем целует в мочку и облизывает мне шею. — Я засуну его тебе в рот. Ты непротив? — и начинает тихо посмеиваться, практически вжимаясь в меня. Вжимается так, что я своей кожей ощущаю его капли пота, его жесткий волос на огромном пузе.

Ситуация не из приятных. Рассказать кому — засмеют. Затягивать нельзя, иначе точно окажусь полностью поджатым под этим слоном. Буду играть непослушную девочку, и всё же пробую рукой перехватить его хоботок. Резко тяну руку к его поясу, но он тут-же её перехватывает. Его пальцы вгрызаются в моё запястье. Сжимают так, что хрустят кости! Больно…

Сволочь неугомонна! Взял и заломил мне руку за спину. Вжал мне её в спину и навалился на меня еще сильнее. Мне кажется, что на меня рухнул мешок с цементом. Словно платяной шкаф ударной волной откинуло от стены, а мы в этот момент играем напротив. Лёшку прижало так, что из его ладони мою голубую машинку смогли вытащить только его родители. Кстати о руках… Левая свободна. Продолжает упираться в край бочки. Держит на себе весь вес, готовый в любую секунду погрести меня под воду.

Нужно действовать! Срочно! Еще пару сантиметров — и я на кукане. Прощай юность, здравствуй взрослая жизнь!