Я на это только со всем почтением склонил голову, и обворожительно улыбнувшись ответил:

— Почту за честь, мисс Марчбэнкс. Прошу следовать за мной.

Уходя из зала, я прямо печёнкой чувствовал пронзающий взгляд Августы, но душа моя просто пела и плясала. Не знаю почему, но я прямо чувствовал, что всё будет хорошо, и что всё у меня получится.

Когда мы вышли из зала и шли в сторону гостиной — моя спутница сохраняла стойкое молчание, но как только мы зашли в гостиную, и я, изображая послушного ребёнка, направился в сторону портрета рыцаря, то тут же ощутил, как на моё плечо опустилась не по старушечьи сильная рука, и когда я поднял испуганный взгляд на мисс Марчбэнкс, она тихо, но тем не менее требовательно сказала:

— Рассказывай мальчик, что за проблему ты имел ввиду? — после чего заметила мой испуг, и немного смягчившись улыбнулась, а затем добавила:

— Кто знает, может я и смогу об этом шепнуть министру…

Я поднял на неё взгляд раненой лани, а затем испуганно посмотрел в сторону зала, на что Гризельда тут же сказала:

— Не переживай, Невилл, бабушка не узнает об этом разговоре. Она у тебя очень сильная женщина и не любит помощь других, но если я могу помочь своей подруге в решении реальной проблемы, то я обязательно помогу.

Я шмыгнул носом, после чего тихо сказал:

— Симми… Наш Симми… Он умирает! Ему не хватает магии, и я очень боюсь, что он не доживёт до моего ритуала наследования! Но Симми сказал, что есть какой-то ритуал, который может помочь ему дотянуть до этого события, но бабушка и слышать ничего не хочет…

Гризельда о чём-то задумалась на долю мгновения, после чего мягко улыбнулась, и прижав меня к себе во вполне себе приятных объятиях тихо сказала:

— Я поняла тебя, Невилл. Забота не о себе, а о своих слугах… Это достойно рода Лонгботтомов.

После чего отстранилась от меня, и спокойным голосом закончила:

— Я помогу тебе, мальчик, но пусть это останется нашим маленьким секретом, хорошо?

«Должен признаться, что быть ребёнком — это очень удобно!» — подумал я, глядя на то, как постепенно затухает изумрудное пламя переноса, после чего продолжил ленивые размышления:

«Вот если бы я был взрослым волшебником, который обратился к ведьме такого ранга за помощью в получении каких-либо знаний, то более чем уверен, что она может быть и помогла бы мне, однако совершенно точно не упустила бы возможности упомянуть, что за эту услугу с её стороны на меня накладывается обязательство так же оказать её какую-то услугу в будущем.»

Мои опасения были совсем не безосновательны, и основывались на знаниях сразу двух миров. Даже если не брать в расчёт мой родной мир, где об интригах и о взаимных услугах в мире Гарри Поттера ходили настоящие легенды, то даже тут за несколько дней я уже с этим столкнулся.

Если кто не понял — сейчас я говорю о том моменте, когда целительница предлагала Августе воспользоваться услугами родственников, а та прямым текстом опасалась того, что последует за этим.

Мысленно выдохнув, услышав как сэр Роланд с очередным глухим звуком закрывает камин от постороннего проникновения, я развернулся и побрёл в сторону зала, где к своему удивлению увидел Августу, сидящую за идеально чистым столом и не сводящую с меня сурового взгляда.

Демонстративно окинув взглядом стол, я перевел радостный взгляд на бабушку, и воскликнул:

— Как здорово! Симми уже лучше? Он так быстро прибрался!

Августа на это только лишь фыркнула, и скептично подняв бровь ответила:

— Я к твоему сведению тоже волшебница, и так уж получилось, что знаю несколько бытовых заклинаний, способных помочь в уборке не задействовав домовика.

Я снова посмотрел на бабушку, стараясь передать восхищение во взгляде ребёнка, после чего с надеждой спросил:

— Научишь?

Августа на несколько мгновений улыбнулась, но потом взяла свои мысли под контроль и требовательно посмотрев на меня произнесла:

— Не морочь мне голову, внук! Я очень расстроена твоим поведением перед мисс Марчбэнкс! Это ж надо…

Только я порадовалась, что ты взялся за голову и наконец начал вести себя, как подобает наследнику магического рода, как вдруг такое простецкое поведение, словно у какого-то фермера! И какие, позволь спросить, у нас есть проблемы, что ты собрался их озвучить не перед кем-нибудь, а перед старейшиной Визенгамота?!

Я потупил глаза в пол и тихо произнёс:

— Извини меня за недостойное наследника поведение, бабушка… Я просто хотел сказать ей про нашего домовика, что он умирает, и попросить у неё какой-нибудь литературы, где могло бы быть описано хотя бы несколько способов, как можно ему помочь в такой ситуации.

Августа явно не такого ответа ждала от меня, поэтому несколько мгновений даже не знала что сказать на это заявление, а я в свою очередь не облегчал ей задачи, продолжая покаянно молчать.