— Для подлости нет оправданий, — припомнила я медузяке ее же слова.

— Да что ты знаешь?! — отмахнулась она, и ее щупальца будто начали светиться изнутри, придавая ей особенно жуткий и угрожающий вид.

Отлично! Провокация шла полным ходом! Если хочешь получить ответы на незаданные вопросы, то просто выведи своего оппонента на эмоции. И в гневе он припомнит все и сам расскажет о своих мотивах, толкнувших его на тот или иной поступок. Да, это могло и не сработать, и Хольцида попросту бы прикончила меня в порыве ярости. Но, видимо, Абсуль и остальные небожители, в этот раз, повернулись ко мне правильным местом…

— Обвиняешь меня в подлости, а сама? — злодейка прищурилась, вперив в меня пристальный взгляд. — Скольких ты уже погубила? Скольких использовала в своих целях? Думаешь, я не знаю? Все вы чужаки одинаковые, — выплюнула она ядовитое обвинение.

В чем-то она была права. Сталкиваясь с опасностью, я в первую очередь думала, как бы спасти от беды свою попочку. И даже то, что при этом я испытывала некие угрызения совести, меня не оправдывало. Однако перед своими подругами я была честна и чиста. Как бы ни было тяжело или страшно, я не отказывалась от них и старалась помочь, как могла. Даже сейчас… Да, я бежала прочь с острова, спасаясь от Молчуна, но бежала я в определенном направлении. В том, где меня ждала Мурка!

— Ну, чего молчишь? — сложив руки на груди, ехидно фыркнула Хольцида. — Давай! Оправдывайся! Убеждай меня в том, что я не права! Бей себя кулаком в грудь и доказывай, что ты не такая, как другие! Ну! — поторопила она меня, окотив волной презрения. — Что? Нечего сказать?

— Чтобы я не сказала, ты мне все равно не поверишь, — спокойно отозвалась я, медленно, без резких движений поднимаясь на ноги.

— Потому что все попаданцы — лживые твари! — припечатала она, ни капли, не сомневаясь в своих словах.

А до меня вдруг дошло, что медузка никакое не чудовище, и не кровожадный монстр, а просто обиженная женщина. Видимо, когда-то судьба свела девушку с подобным мне человеком-чужаком, который предал ее и сильно ранил ее душу. И теперь она просто жаждала мести. Хотела выплеснуть все ту боль и обиду, что скопилась на сердце. И неважно на кого, лишь бы этот кто-то страдал так же, как, в свое время, страдала она. М-да, нет страшней создания, чем обиженная женщина…

— Скажи это тому, кто предал тебя, а не вымещай свою злобу на том, кто, лично перед тобой, ни в чем не виноват, — сдержанно проговорила я, желая проверить свою догадку. А вдруг я все-таки ошиблась и ей просто нравиться издеваться над слабыми и убивать всех без разбору?

— О-о, я бы с удовольствием все ему высказала! — выпалила Хольцида и ее багровые глаза вспыхнули алым пламенем ненависти. О, угадала-таки! — Да ты даже не представляешь, с каким бы наслаждением, я это делала, пока бы медленно и мучительно истязала его тело, заставляя умолять о прощении и смерти! — сжав пальцы в кулаки, она, судя по всему, в красках представила себе эту сказочную картину, что еще больше распалило ее ярость. Видимо, не хило тот попаданец ей насолил, раз при одном воспоминание о нем, ее так колбасить начинало… — О-о, я бы такое с ним сделала! Такое! — бесновалась медузяка, неосознанно колыхая щупальцами, от чего амазонки болтались на них, как тряпочки на ветру. Млять, кажись, я перестаралась. Она же их так всех разом к праотцам отправит! — ТА-А-АКО-О-ОЕ! — в ее глазах заблестели безумные искорки, которые в одно мгновение, неожиданно, погасли. Э? — Но…но не могу… — опечаленно обронила злодейка и ее губы предательски задрожали, словно она была готова разрыдаться от собственной беспомощности перед какими-то, неведомыми мне, обстоятельствами.

— Почему? — ляпнула я прежде, чем успела осознать. Такой контраст и резкая эмоциональная смена в поведении медузки, заставили меня слегка растеряться и оторопеть…

— Потому что это убогое ничтожество… — процедила она, вновь начиная злиться. А затем последовала довольно красочная история о ее знакомстве с подлым попаданцем…

Через несколько минут, довольно эмоциональных объяснений, мы уже сидели напротив друг друга. Хольцида мило шмыгала носиком и расстроено водила пальчиком по земле, выводя незатейливые узоры, а я переваривала полученную информацию. Как оказалось, несколько лет назад, во время своих странствий, девушка повстречала одного из попаданцев. Высокий, красавец, с атлетической фигурой и очаровательной улыбкой, с первого взгляда покорил сердце «монстра». Поначалу он, конечно, испугался ее…кхм…своеобразной внешности, но после принял и даже стал ей другом. Медузяка была бесконечно предана ему, помогала всем, чем могла и всюду следовала за ним. И в какой-то момент, ей даже показалось, что они стали ближе, а ее чувства обрели взаимность. Однако, при очередном переходе через лес, их отряд неожиданно нарвался на Банного Духа. Интересно, это был тот же самый, с которым когда-то, в начале своего пути, столкнулась я? Или другой? Впрочем, не суть… Так вот, Хольцида отважно сражалась, защищая своего возлюбленного, а он, осознав, что бой почти проигран, подставил ее под удар. Нет, все-таки это был другой дух. Если уж я умудрилась замочить ту квакозябру стулкой, то целый отряд, во главе с такой опасной медузкой, точно бы его порвал, как Тузик грелку. Так что, там наверняка был экземпляр повнушительней… Но, возвращаясь к нашим баранам, а точнее влюбленным… Тот крендель не просто бросил девушку на произвол судьбы и сбежал. Он намеренно, чтобы задержать чудовище на подольше, скормил ему свою спутницу. Прекрасно зная о том, что мэзу — а именно к такой расе принадлежала Хольцида, Банный Дух не просто очистит, пропустив ее через свою пищеварительную систему, и превратит в херувимчика, а станет для нее настоящей ловушкой. Стоило медузяке угодить в пасть к монстрятине, как способности последнего кардинально сменились, и вместо баньки, ее ожидал магический перенос в случайное место, из которого выбраться самостоятельно, благодаря колдовскому ограничителю, она уже не могла. Это все равно, что угодить в незримую клетку, дверь которой невозможно открыть самому и остается лишь уповать на помощь кого-то снаружи. К тому же, девушке, можно сказать, не повезло в квадрате, и она попала в тайный ход амазонок, где гостей, в принципе, не ожидали и, мягко говоря, не любили. От лютой ярости, что буквально выжигала ей душу, медузка совсем потеряла голову. В безумстве своего гнева, она жестоко расправилась с отрядом загорелых красоток, которые как раз переходили на материк и очень некстати попали ей под горячую руку. Хотя, они наверняка и сами подлили масла в огонь. Даже мою тушку тогда, по сути, спасло от их стрел лишь то, что меня Рымна вовремя узнала. Впрочем, будь я не попаданкой, которая им, как оказалось, была позарез нужна, может меня бы это и не спасло. Стала бы я унылым, покоцанным ежиком. Пычалька… Но, как бы там ни было на самом деле, когда эмоции отступили и Хольцида поняла, что натворила, объясняться и просить о помощи, уже было поздно. Да и как она могла кому-то довериться, после того, как ее столь цинично предал самый близкий человек? Уверена, она и мне-то все это рассказала лишь потому, что уже не было сил держать это в себе. А может, просто раньше никто не стремился ее выслушать. Особенно после горячего и кровопролитного столкновения…

— Воть… — грустно вздохнула «монстр», словно подытожив свой рассказ.

И куда только делась вся ее угрожающая опасность и смертоносная чудовищность? Сейчас передо мной сидела просто обиженная и разочаровавшаяся во всем белом свете девушка, измученная безысходностью и собственной беспомощностью перед сложившимися обстоятельствами. Она лишь немного оступилась, но этого оказалось достаточно, чтобы стремительно развернувшиеся события, закружили ее и утащили на самое дно беспросветной бездны. М-да, печально… И как теперь быть? Впрочем, выход из этой патовой ситуёвины, я видела только один…

— Идем со мной, — предложила я Хольциде, стараясь, чтобы мой голос звучал, как можно более твердо и уверенно. Хотя на самом деле, меня терзали довольно противоречивые чувства и дикие сомнения в правильности принятого решения…

— С тобой? — медузяка вскинула голову, посмотрев на меня.

В ее взгляде отчетливо читалось недоверие и нарастающее раздражение. Ну, еще бы! Наверняка думала, что сейчас я была готова сказать все, что угодно, наобещать золотые горы и заверить ее в своих чистых помыслах и нерушимой дружбе, лишь бы спасти собственную шкурку. И, отчасти, она была права. Нет смысла отрицать очевидное! Мне вполне хватало зашитой «прелести» на хвосте, не хватало еще ввязаться в потасовку с ней. А учитывая, какая она скорая и меткая на расправу, то тут никакая лечебная мебля не спасет! Так что, в моем случае, было выгодно придерживаться старинной мудрости — лучшая битва это та, которой не было! Однако, не смотря на все это, я действительно, чисто по-женски, искренне ей сочувствовала и хотела помочь, как-то поддержать. В конце концов, если я ее отсюда уведу, все останутся в плюсе…