Я снова бросил быстрый взгляд по сторонам и, создав еще один найниитовый диск, собрался было на него вскочить, чтобы подняться над деревьями и хотя бы так сориентироваться, но неожиданно обнаружил нечто странное — мой безотказный диск вдруг начал стремительно чернеть по краям, покрываться трещинами и язвами, а затем буквально на глазах принялся осыпаться крошечными черными песчинками.

«Внимание! — неожиданно сообщила Эмма. — Воздействие неучтенного фактора. Неустойчивое управляющее поле. Советую временно ограничить использование найниита, иначе мы можем его потерять».

Я опомнился и, опасаясь безвозвратно утратить с таким трудом добытое богатство, усилием воли вернул уцелевший найниит на место. А потом увидел, как следом за ним в мою сторону потянулось несколько ручейков из только что образовавшегося найта, и с облегчением выдохнул.

Фух. Найниит, может, и разрушился, но не весь. И, главное, это не необратимо, потому что через некоторое время популяцию частиц мы восстановим. Но вот то, что его, оказывается, нельзя свободно использовать, всерьез меня обеспокоило.

«Что у тебя?» — спросил я, понимая, что на усвоение найта потребуется время.

Эмма снова немного помолчала.

«Анализ пока предварительный, но, исходя из множества признаков, мы, скорее всего, переместились. Во время пребывания в аномалии все мои системы отключились. Какое-то время мое сознание пребывало в состоянии неопределенности. Затем я снова ощутила себя цельной, стабилизировала твой дар, провела первичную диагностику и привела тебя в чувство. Судя по обстановке, а также по температуре и влажности воздуха, мы находимся где-то в южной части планеты…»

Согласен. Температура навскидку градусов тридцать. Влажность как в тропическом лесу. Да и вымахавшие чуть ли не до небес деревья на пару с лианами и густыми папоротниками, которых тут тоже было навалом, навевали мысли именно о тропиках.

«Полагаю, аномалия, структуру которой ты нарушил, сыграла роль обычного портала, — тем временем добавила Эмма. — Вернее, разлома, который разорвал пространство, высвободил огромное количество энергии, но при этом отправил нас не в промежуточное, как можно было бы ожидать, а забросил далеко за пределы провинции Хатхэ и, вероятно, за пределы цивилизованного мира вообще».

«Почему ты так решила?»

«В моей базе данных нет информации о месте, которое имело бы подобные характеристики. Состав флоры и фауны, параметры температуры и влажности… К тому же здесь полностью отсутствует Сеть и доступ к ней. В радиусе десяти майнов не определяется ни один функционирующий электронный или маготехнический прибор. А магический фон настолько завышен, что это совсем не характерно для городов и обитаемых мест вообще».

Я нахмурился.

Магический фон?

А потом перешел на нужный спектр зрения и аж зажмурился, когда мне в глаза плеснуло целым калейдоскопом из ярчайших красок.

Надо сказать, в обычное время следовая магия вела себя достаточно спокойно, и я легко ее выделял, стоило только посмотреть на нее в определенном спектре. Однако здесь ее было не просто много, а ужасающе много. Причем везде. Я словно в разноцветном облаке оказался, причем таком плотном, что за бесконечным мельтешением не смог разглядеть ничего вообще.

Скривившись, я обратился к модулю и с его помощью еще раз оглядел окрестности, но куда бы я ни посмотрел, картина была сходной, пусть и не такой яркой, как при изучении магического фона вживую — следовая магия и впрямь была повсюду. Воздух оказался перенасыщен ею до такой степени, что если бы она вдруг стала материальной, то ее можно было бы руками выдергивать и плести из нее разноцветные ковры. Более того, даже с помощью модуля за ней оказалось сложно что-нибудь разглядеть. Но что самое необычное — она не концентрировалась где-то в одном месте, не сбивалась в кучу, как в аномальных зонах, а напротив, была рассеяна равномерно, повсюду, как если бы мы с Эммой угодили в одну гигантскую… просто чудовищно большую аномалию, в которой нити были буквально утрамбованы, спрессованы, причем так плотно, словно неподалеку находился магический генератор, а вокруг леса стояли блокираторы второго типа и веками не позволяли следовой магии рассеиваться в пространстве.

«Так, а с найниитом что?» — спросил я, осознав, что второе зрение стало бесполезным. По крайней мере, видеть ауры с его помощью я больше не мог.

«Напряженность магического фона в этом месте почти в десять раз выше нормы. Как ты уже заметил, это выводит из строя маготехнические приборы и вызывает сбои в работе магических элементов. Твой модуль — это больше техническое устройство, и основные свои задачи он по-прежнему выполняет. Тем не менее повышенный магический фон влияет и на него, поэтому генерируемое им найниитовое поле стало нестабильным».

Я нахмурился еще больше.

«Чем нам это грозит?»

«Данных пока недостаточно — процесс требует изучения. Но могу предположить, что в малых количествах найниит ты, скорее всего, сможешь использовать, — отозвалась Эмма. — Диск ведь ты создал, и он до сих пор не разрушился. Однако при попытке использовать большее количество частиц найниит начинает терять устойчивость. Поле с ним уже не справляется. Правда, какая масса является критической, я пока не знаю. И как себя поведет в подобных условиях обычная стихийная магия, тоже предположить не берусь».