Пока я плавал, Виктор без дела не стоял. Он собрал вдалеке от нашей стоянки приличную кучу палок, образовав кострище, и принёс простенький факел. Жечь эту тварь там же, где сидела Адель и мы готовили еду — никто не собирался. Девочку мы предупредили, что собираемся делать, и просили близко её не подходить. Адель глянула на нас и почти сразу потеряла интерес, занимаясь своим медведем.

Когда пламя разгорелось, я дождался кивка Виктора и бросил чучело в огонь. Удивительно, но несмотря на то, что оно находилось до этого в воде, вспыхнуло оно быстро. Загорелась солома, плохонькая рубаха, крестовина… Масленица, да и только.

Всё выглядело так, словно мы сжигаем обычное пугало, но ровно до тех пор, пока не стала скукожится и прогорать тыква. Тогда над округой пролетел высокий, едва уловимый для слуха визг. Он был коротким, длительностью меньше секунды, но в ушах отдавался эхом ещё долго.

— Дело сделано.

Виктор дёрнул меня за руку, выводя из состояния прострации, так как я всё ещё смотрел на огонь, в котором под разноцветные искры догорала голова чудовища. А в том, что это было именно оно, сомнений не оставалось.

— Точно?

— Точно. Тварь была древняя. Чем они старее — тем лучше горят, как бы ни было это удивительно. Хорошо, что обнаружили её сейчас. Сильно сомневаюсь, что даже в боевой форме смог бы с ней потягаться.

— Славно, что не придётся это узнавать. Кстати, покажешь боевую форму? А то очень уж мне любопытно. Да и место подходящее, нет посторонних глаз.

Виктор на секунду задумался и кивнул. Сирень не стала нам мешать, отойдя к дочери. Но всё равно поглядывала в нашу сторону.

— Смотри.

Его силуэт подёрнулся дымкой, вырос на целую голову, поравнявшись со мной. И вот предо мной стоит уже рыцарь. Если бы не знал, что это Виктор — никогда бы не поверил.

Полный латный доспех скрывал абсолютно всё, лишь сквозь щёлочки шлема я видел отблеск знакомых глаз.

Белый. Изумительно белый, словно из рекламы чистящего средства, доспех, алый плащ и полуторный меч, инкрустированный драгоценными камнями. Оружие в руке Виктора выглядело одноручным. В левой руке каплевидный щит, так же сиял белизной, как и доспех. По моим меркам он был огромен, но идеально подходил под размер носителя.

На доспехе, щите и плаще я увидел выгравированный золотом герб то ли королевства, то ли королевской семьи. Разобраться в геральдике этого мира я пока что не успел.

— Ничего себе! — я не стал скрывать восторга и заходил вокруг кронпринца. — Да, такое никому показывать нельзя.

— В том и дело, — прогудел через шлем Виктор. — Хорошо, что у меня и без боевой формы навыки хорошие. Тебе тоже следует чаще тренироваться.

— А моя боевая форма? — вдруг спросил я. — У меня она есть? Или всё так же без капли магии?

— Магия и форма — это разные понятия. Она у нас с рождения и до самой смерти. Что касается тебя, тут нужно подумать, — он глянул на жену. — Милая, может, попробуешь помочь с этим?

— С боевой формой? — она с готовностью поднялась, и они с Адель подошли к нам ближе.

— Папа, ты такой большой! — девочку совершенно не пугал вид отца в боевом доспехе.

— И сильный, — улыбнулась Сирень. — Виктор, займись дочерью, мне нужно разобраться с Сергеем.

Голова в шлеме кивнула, и вот уже через мгновение передо мной стоял снова кронпринц в своём привычном виде. Он подхватил хохочущую Адель и отнёс её к палатке, а мы с Сиренью остались одни.

— Начнём с медитации, — сказала она. — Тебе нужно найти искру и потянуть за неё, чтобы она сместилась в область сердца. И дальше начнётся трансформация. Я тебе помогу это сделать, проведу её, чтобы она не потерялась и не оказалась где-нибудь в пятках.

Я удобно присел на мягкую траву и прикрыл глаза. Погрузиться в медитацию было сложно, то и дело перед глазами появлялся Виктор в своём сияющем доспехе, я всё думал о том, какая форма будет у меня и есть ли она вообще.

— Соберись, — мягкая ладонь легла на плечо. — Слушай мой голос. У тебя всё получится. Дыши спокойнее.

Постепенно голова становилась до звона пустой. Лёгкий ветер трепал мои волосы, до ушей доносился лёгкий плеск волн о камни, а в воздухе всё ещё пахло сгоревшим пугалом. Но вскоре это отошло на задний план, и я всецело отрешился от реальности.

Крохотная едва заметная искорка мелькнула совсем неожиданно, но я её сразу же поймал. Дальше было сложнее: перенести в сердце, которое находилось, казалось бы, в другом измерении. Искра всё время норовила выскользнуть из хватки воли.

А затем вдруг стало легче — Сирень стала помогать. Вместе мы ловко донесли искру до нужного места. И я вдруг ощутил, как дробная пульсация проходит волнами по всему телу. Да так лихо, что меня чуть не выбросило из медитации.