Но Мери Морозова держала себя в руках, постоянно держась на границе дозволенного, что откровенно раздражало герцога Авейру, но понять это могли только сильные менталисты, очень уж хорошо скрывал свои истинные эмоции на лице Первый герцог.

Генерал-бригадир Десмуа, он же глава королевской канцелярии, тихо подошёл к своему подчинённому.

— Держится? — спросил Десмуа.

— Вполне — кивнул Ворон — без помощи Софии Морозовой явно не обошлось, но кто научил её ставить ментальные блоки неизвестно.

О том, что Первый герцог балуется ментальными артефактами, знал очень ограниченный круг лиц, само применение таковых в пределах дворца — это уже серьёзный повод для порки перед общественностью. Но всегда есть нюанс, не пойман — не вор. Обыскивать Авейру без железного повода никто не решится, а избавляться от улик его светлость научился мастерски, превращая дорогие артефакты в пыль своим даром, о котором опять же знали немногие.

Очаровательно улыбнувшись, графиня попыталась свалить, но герцог, нарушив все возможные и невозможные правила этикета, схватил Мери за руку. Несколько человек из окружения Авейру встали так, чтобы парочку не было видно.

— Морозов меня убьёт, если с ней что-то случится — пробормотал Ворон, но шеф его услышал — я лучше сейчас повешусь.

— Вот прям по живому резать будет? — усмехнулся глава канцелярии. После слов полковника желание сделать из графини жертву домогательств Первого герцога резко поубавилось — иди спасай. Она так и не дала повода, хотя явно давили сильно, вон даже гвардейцы по залу прошлись после всплесков ментальной силы.

Ворона просить дважды не пришлось. До лестницы буквально летел и только в самом конце перешёл на непринуждённый шаг. Его цель находилась всё там же. По ходу движения дал понять Кресту, что всё разрулит сам, ведь охрана графини уже готова была применить силу.

— Его светлость занят — преградил дорогу вассал Авейру.

— С дороги, псина — рыкнул Ворон — иначе прямо сейчас будешь до конца жизни считать себя маленькой девочкой по имени Гретта.

Безымянный барон отшатнулся, узнав Ворона, но с дороги не ушёл. Остальные встали плотнее, но было видно, решимости поубавилось. На лице полковника появилась дьявольская улыбка.

— Считаю до пяти. А после прощайтесь с семьями, больше вы их не увидите — пообещал Ворон.

— Полковник, давно не виделись — вассалы герцога быстро расступились, пропуская сюзерена — какими судьбами?

— Теми же, что и вашими молитвами — съязвил Ворон — мне придётся похитить вашу собеседницу, дела королевства, знаете ли, не ждут. Работаем даже сейчас.

— Как я могу вас отказать — добродушно улыбнулся Авейру — хоть и жаль отпускать столь обаятельного собеседника. Уверен, графиня, мы скоро встретимся.

— Нисколько в этом не сомневаюсь — улыбнувшись в ответ, ответила Мери, изобразив поклон — а теперь, прошу простить меня. До свидания.

— Ты как? — без обиняков тихо спросил Ворон.

— В порядке — продолжая улыбаться на публику, ответила Мери — и спасибо, что отвлёк охрану, успела ему сломать пару пальцев, чтоб в следующий раз руки не распускал.

— Да не за… Что ты сделала? — до Ворона не сразу дошло.

— Вам послышалось, господин полковник — мило улыбаясь, ответила графиня. Хотя в глазах полыхала ярость.

— Только без глупостей, не смей никуда лезть — прошипел Ворон.

— Даже не думала об этом — захлопала глазами Мери. Полковник радостно выдохнул — для этого ведь есть специально обученные люди.

Ворон мрачно смотрел на графиню, как только они покинули приём, Мери резко сбросила наигранные эмоции. София пыталась успокоить, но выходило плохо.

— Прости, что забрала с собой — обратилась графиня к Феликсу — понимаю, это задача от Влада, но он меня поймёт.

— Ты что задумала? — резко спросил Ворон — подумай о последствиях, они будут в любом случае.

— Я на это очень надеюсь — глаза Видящей вспыхнули белым светом. Затем не глядя бросила небольшую коробку Феликсу.

— Ты уверена? — удивлённо спросил Феликс, доставая кристалл. Оценив его размер, Ворон побледнел.

— Уверена, разве что семью его пожалей, они вне игры — подтвердила графиня.

На лице Феликса расплылась кровожадная улыбка.

Держу в руках бензин и спички,

Меня нельзя остановить,

Срываю радостно таблички

С предупрежденьем «Не курить».

Мне в этом мире мало света,

Но я нашёл простой приём —