— Честно говоря, мне Ная тебя подробно описала, — ответил я, сдерживая улыбку.

— Насколько подробно? — чуть нахмурилась Аля.

— Достаточно для того, чтобы понять то, как мне повезло встретиться с тобой. Когда живешь в темноте, другие органы чувств начинают работать иначе. Они словно бы хотят компенсировать твой недостаток и дают более широкую картину. Острей нюх, слух, осязание, все это позволяет нарисовать в голове довольно четкую картинку. Тем более, что я не всегда был таким. До нашествия цисарийской армии на Саяр, я был вполне зрячим и прекрасно представляю, как должны выглядеть окружающие меня предметы.

— Я тоже очень много увидела в этом путешествии, Ард. В академии, где я училась, много дворян. Те немногие простолюдины, что туда попадали старались под них подстраиваться, даже копировали их манеры. Мне казалось это таким недостойным, неправильным. Я тогда хоть и считалась аристократкой, на самом деле, очень многого не могла себе позволить. Все эти пышные торжества, званые вечера, где каждый как может, кичится своим состоянием или положением. Позже, когда я встретила тебя тогда на улице, я и подумать не могла что ты простолюдин, да к тому же наемник. Посчитала, что ты, возможно, из разорившегося дворянского рода. Не так я себе представляла наемников, ремесленников. Ты выделялся среди прочих и всегда какой-то разный. Вот ты ведешь дела в городе, разговариваешь с мэром города или с обычным горожанином, и от тебя исходит такая уверенность, словно скрытая сила. Такое впечатление что, это графство, всегда тебе принадлежало, и ты точно знаешь, как тут все устроено. Это так необычно и совершенно не похоже на поведение тех аристократов, с которыми мне приходилось встречаться. Ты словно бы притягиваешь людей. Даже мой отец, после твоего визита, долгое время ходил задумчивый и в то же время какой-то воодушевленный что ли.

— Ты обо мне ничего не знаешь, Аля. На самом деле я довольно опасный человек. За неполный год, что мы с сестренкой живем в столице, я успел очень многим перейти дорогу. Иных, в буквальном смысле, убрал со своего пути. В тоже время, смог со своим булатом угодить императору. Больше похоже на поведение выскочки. Это же не просто так — передать секрет булата, изначально рассчитывая на вознаграждение. Ведь меня могли обмануть, оговорить или подставить. Вот поэтому, я правда — очень опасный человек и действительно могу свернуть шею любому, кто встанет у меня на пути.

— Если и так, пускай, ведь ты делаешь все это не для себя, а для тех, кто рядом. Ведь по сути, тебе нет дела до того, с какими проблемами столкнулся мой отец в своих владениях, у тебя своих забот хватает. Но сейчас мы едем в так называемые наши родовые земли, при одном взгляде на которые меня в дрожь бросает…

Далеко в лесу, на грани слышимости тихо хрустнула ветка. Осторожно сняв с головы капюшон и повязку с глаз, я выплеснул часть содержимого кружки в костер. Пламя погасло не полностью, но пятно света вокруг нас, буквально сжалось до крохотного пятачка.

— Спокойно иди в палатку и разбуди остальных. Предупреди Осту и Тейза, что у нас гости. Стойте в кругу света, я пойду проверю.

— Постой, Ард! — Аля схватила меня за руку. — Идти одному очень опасно!

— Не волнуйся, кто бы это ни был, в темноте — он мне не соперник. Буди остальных.

Осторожно уходя в подлесок с той поляны, где мы разбили лагерь, использовал тихий шаг. Как только смог добраться до теней, мгновенно сместился в изнанку пространства. Ого! Какой большой отряд прибыл по наши души. Двадцать три человека. Неплохо вооружены, действуют довольно грамотно, осторожно и уверенно крадутся к крохотному огоньку нашего лагеря.

Обнажаю меч, двигаюсь к отставшему, видимо самый неопытный из всех. Выскальзываю из тени и бью быстро и точно. Минус один. Сейчас главное не выдать себя, иначе вся эта орава ломанется к источнику света. Пока они думают, что их не заметили, продолжат вести себя осторожно. Зайдя со спины зажимаю рот очередному разбойнику и пронзаю насквозь, целясь в сердце. Минус два. Вновь ныряю в тени чтобы не шуметь. Настигаю очередного крадущегося бандита, что прячется за поваленным стволом дерева. Этому просто сильно бью в висок посохом. Минус три.

В лагере разгорелся огонь, встревоженные спутники подкинули в костер дров и добавили магического света. Бандиты не торопятся. Растягивают цепь пытаясь окружить.

Бью прямо из тени, словно бы укутанный в ночную мглу. Приходится перерезать горло, чтобы не издавали лишних звуков. Постепенно наращиваю темп и действую смелей, в ночной мгле бандиты совсем беспомощны. Единственным спасением станет рывок к свету, но там их ждет очень неприятный сюрприз.

Уже не таясь врубаюсь в группу разбойников щедро полосуя по уязвимым точкам. Сем, восемь, девять, десять. Лес наполняется пронзительными воплями и криками о помощи. Авангард замер, пытаясь понять, что происходит у них за спиной.

Один из нападающих пытается достать огниво и зажечь заготовленный факел. Нацеливаюсь на него и напарника — одиннадцать, двенадцать. Вновь ныряю в тень и меняю направление удара, теперь — с другой стороны. Доспехи на противниках явно трофейные, как и оружие. Но у меня огромное преимущество, я могу точно нацелиться и ударить наверняка, пока меня не видят. Тринадцать, четырнадцать, пятнадцать. Оставшиеся поняли, что на них ведется очень проворная охота и не придумали ничего лучше, кроме как ринуться в атаку к освещенному лагерю. Пользуясь темнотой уничтожаю еще троих и тут же отхожу с потенциальной линии огня.