Это был мужчина. Долговязый мужчина европейской наружности с длинными волосами и седой козлиной бородкой.

В этот момент Хиро понял, почему Норико говорила, что он «удивится», когда увидит Короля Ночных Улиц. С виду человек, который стоял перед ним, был совершенно непохож на могущественного воина и тирана, который держал под собой криминал целого города. Напротив, он напоминал стареющего актёра.

В его повадках не было ни намёка на угрозу — на контрасте с самим Хиро, который находился в предельном напряжении и в любой момент готов был броситься в битву, — и казалось, что он совершает расслабленную вечернюю прогулку.

В то же время Хиро хорошо усвоил уроки своего мастера и научился чувствовать особенное излучение Ци, которое сопровождало могущественных воинов, а потому знал, что человек перед ним был самым настоящим монстром.

Король Ночных Улиц посмотрел сперва на него, затем на зарево у него за спиной и мелодично просвистел:

— Тёплый приём… Тебя зовут Хиро, так? Хиро Андреевич Гришин, — произнёс он без малейшего акцента. — Я о тебе наслышан. В последнее время ты часто мешался у меня под ногами.

Хиро стиснул зубы и замялся. Наконец, прежде чем броситься в последнюю битву, он собрался с мыслями и задал вопрос, который долгое время терзал его душу:

— Зачем тебе это?

— Что именно? Моё королевство? Деньги? Люди?

— Нет, — проговорил Хиро, в напряжённом голосе которого мелькнули растерянные нотки.

Контролируя криминальный мир целого города, Король заполучил в свои руки огромную власть и невероятное богатство. У него было всё, о чём только можно пожелать, ценой лишь нескольких разбитых черепов и безымянных трупов, которые много лет спустя будут обнаружены во время стройки на пустырях или же навеки останутся на дне реки.

Но именно поэтому Хиро не понимал «зачем».

— Зачем тебе Мияко Нацуме из 1-Б класса 47-й Токийской школы? — спросил Хиро, сжимая кулаки.

В конце их второго сражения Миямото рассказал, что приказ «сфотографировать Нацуме» поступил ему лично от Короля. Именно это было начало всему. Начало побега. Начало битвы, войны, которая изменила мир Хиро. И всё это время он не понимал: зачем? Зачем этот человек отдал такой приказ?

Король Ночных Улиц задумчиво наклонил голову, а затем улыбнулся:

— Хиро Андреевич Гришин… Ты действительно думаешь, что у меня есть время вести с тобой философские беседы и распространяться о моих мотивах, в то время как мои люди сражаются с армией твоих обезьянок с пистолетами, а где-то у тебя за спиной горит мой драгоценный товар?

Хиро напрягся. В глазах мужчины промелькнул опасный блеск.

— Давай сделаем так, Хиро. Если я выиграю, то расскажу тебе. Если ты победишь меня, я тоже расскажу тебе правду, но сперва мы должны сразиться. Договорились?

Хиро поджал губы и медленно кивнул.

— Тогда… начинаем.

…

…

…

— Совсем скоро этому миру придёт конец, — произнёс Король Ночных Улиц.

Близится конец времён. Конец мира, которым правит прошлое, случайность, деньги, связи… Скоро явится Пророк и начнёт новую эпоху, и я… мог стоять рядом с ним. Я мог быть одним из его самых верных последователей. Но я не справился. Я оказался недостаточно силён.

Я впал в отчаяние — иначе было невозможно. Я был так близок к тому, чтобы сесть на ковчег, который переживёт великий потоп, но в итоге остался за бортом. Тогда я решил испытать все счастья этого мира. Я решил основать собственное королевство — последнее королевство на земле. Я решил вдоволь насладиться старым миром, прежде чем ему придёт конец. Я пил. Я принимал белый порошок, как челядь. Я делал детей. О, сколько женщин прямо сейчас несут в себе моих наследников, которым не суждено увидеть свет, ибо мир близится к своему завершению.

Я думал, что смирился. Я хотел встретить последний день с усмешкой и бокалом вина, но я… — мужчина с лёгкой улыбкой покачал головой. — Ошибался. Все наши богатства в этом мире не имеют ни малейшего значения перед лицом грядущего, и величайшие короли окажутся под ногами нижайших чертей из преисподней.

Неделю назад я получил письмо, — сказал Король Улиц и достал из внутреннего кармана своего белого пиджака сложенную записку, после чего развернул с таким трепетом, будто она была сделана из тончайшей золотой бумаги.

— Хочешь, я его тебе прочитаю? Я мог бы пересказать, ибо запомнил наизусть, но мне всегда приятно было читать и перечитывать его, ибо так я убеждаюсь, что оно существует на самом деле и это нечто большее, нежели плот моего воображения… И так.

Дорогой Давид… Моей имя, если тебе интересно.

Так вот. Дорогой Давид, пишу тебе потому, что ещё не всё потеряно. Я знаю, кто ты такой. Я знаю про тебя всё. Я знаю, что ты всё ещё мечтаешь стать одним из Апостолов Церкви Чёрного Истока, и хотя сам я совершенно не связан с этой организацией, я знаю, как ты можешь этого добиться…