Сейчас у меня возникает очень стойкое чувство, что Ярцев ведет какую-то свою игру. Что он задумал? Стравить нас между собой? Или наоборот, так рвется выслужиться перед генеральным, чтобы что? Получить премиальные?

– Это обязательно?

– Если ваш босс так решил, то очевидно, что да.

Стискиваю зубы, чтобы сдержать первый порыв вскочить и уйти. Я профессионал, а не та юная девочка, что заглядывала ему в рот и готова была на все. И если этот козел решил меня проверить на прочность – черт с ним. Я все выдержу. Пусть подавится!

– Вадим и Катя соответственно.

Ярцев удивленно вскидывает брови.

– Серьезно? По половому признаку?

– Если вас и правда ввели в курс дел и показали статистику по работникам, то для вас это не должно стать новостью, – чеканю в ответ. – Это мое личное мнение.

– И чем же, по-вашему, так слаб Вадим? – он откладывает верхний лист, что-то ищет взглядом на втором. – Он как раз таки укладывается по показателям в средние цифры.

– Ну, чем именно – это вам и выяснять – вы же тут босс. Значит, сможете распознать, кто правда работает, а кто ловко жонглирует фактами.

Демид хмурится, сводит брови вместе. А я в очередной раз задаюсь вопросом – почему он так упорно делает вид, что мы незнакомы?

– Хорошо. Но почему Катерина?

– Ответ тот же.

– Я понял, – усмехаться Демид. И мне кажется, что он вот-вот скажет что-то такое, из нашего общего прошлого. Но, увы, нет. – Больше у меня вопросов нет, – добавляет таким же официально-деловым тоном.

Меня так и подмывает остаться, спросить в лоб, но вместо этого я киваю, встаю из кресла и гордо покидаю кабинет.

Первой ко мне подбегает Катюша.

– Ну что, как тебе он?

Жму плечами, из последних сил удерживая равнодушное выражение лица.

– Мужик как мужик. Непонятно, будет ли толк от него, или тоже не шарит…

– Да ты опять про работу, – разочарованно фыркает подруга. – Нет, ты мне скажи – как он тебе? Фактурный?

Кто бы знал, чего мне сейчас стоит не психануть.

– Рада, что тебе нравится, Кать. А мне надо отчет доделать.

– Эх ты, Юлька, – раздосадованно хмыкает она. Но, правда, больше не пристает.

К счастью, до конца рабочего дня остается не так много, и уже вскоре коллеги начинают расходиться. Я же собираюсь поработать в тишине и не слышать из каждого угла фамилию Ярцев. В общем-то, я и не должна злиться на них – каждое назначение на пост начальника нашего отдела происходило именно так – несколько дней ажиотажа, а затем все приходило в норму.

Вот только как выдержать эти несколько дней?

– Юль, ты идешь?

– Нет, не успеваю доделать, а завтра надо отправить.

Соломонова вздыхает и уходит. Наконец-то я могу побыть в одиночестве. Дома меня ждет только Марик. Но он мальчик большой, справится. Кружка кофе помогает сосредоточиться, и за следующий час я добиваю все долги.

Домой я собираюсь с чувством удовлетворения. Не люблю, когда остаются какие-то недоделки. В каком-то смысле это плохо, но для трудоголика вроде меня, наверное, даже в плюс.

Стоя у лифтов, снова возвращаюсь в мыслях к новому боссу. Прокручиваю каждый взгляд, каждое слово в нашем разговоре. Ищу хоть какие-то зацепки, но все тщетно. И когда раздается сигнал, что лифт приехал, слышу за спиной:

– Юля…

Вот почему это все происходит именно со мной? Где я так накосячила, что Вселенная наказывает именно меня?

Стискиваю зубы и молча захожу в лифт. Ярцев следует за мной и встает чересчур близко.

Непозволительно.

– Что так поздно, Юль? – легко спрашивает, словно мы хорошие друзья или, как минимум, близкие знакомые.

– Юлия Владимировна, – сдержанно поправляю его.

– Так официально, – фыркает Демид. – Время-то давно нерабочее.

– Рабочее, или нет, я попрошу соблюдать субординацию, Демид Игоревич.

– Что такая колючая? Никак проблемы с удовлетворенностью от жизни? – ехидно подкалывает меня.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не огрызнуться. Понимаю, что бывший просто выводит меня на эмоции. Но ведусь же… Хоть и стараюсь не выдавать себя.

– Кстати, сверхурочные здесь, как я понял, не платят. Поэтому вопрос – ты остаешься потому что трудоголик, или потому что так плохо работаешь, что не успеваешь уложиться в рабочее время?

Мне кажется, лифт едет раз в десять медленнее, чем обычно. Иначе почему эта наша поездка в замкнутом пространстве растягивается настолько сильно?

Как перестать чувствовать аромат его туалетной воды? Как перестать реагировать и вспоминать?