— Ключи? — переспросил Андрей.

— Да, ключи.

— Они выпали, я не стал возвращаться. Там было что-то страшное. Там был, я видел это чудовище, оно съедало Бориса, оно посмотрело на меня — произнес Андрей и ещё больше сжался.

— Успокойся, сейчас всё хорошо — мягко проговорил Петр Васильевич.

— Да, я знаю — отреагировал Андрей.

— Ты можешь говорить на эту тему или лучше будет в другой раз? — спросил Петр Васильевич, сделал это после того, как реальностью стала небольшая пауза.

— Могу, я вообще не трус. Но я тогда испугался. Хорошо, что этого не видели Костя и Максим.

— Ну, ты сказал. Неужели ты думаешь, что Костя и Максим не испугались бы, если бы увидели то, что видел ты. Я думаю, что с ними произошло бы то же самое, может, что и ещё хуже — сказал Петр Васильевич — А Борис, это мальчик, который пропал, кажется, месяц назад, который утонул, насколько я знаю. Это тот Борис?

— Да, получается, что он не утонул.

— Интересно у нас выходит, и главное, что занимательно очень.

— Я не знаю, вы спросили, я ответил — сказал Андрей, он всё же начал немного оживать.

— Ладно, а эти люди, у которых ты был, они были в подвале. Ты видел их там когда-то, ну, возможно, в вашем дворе, с кем-то из местных жителей.

— Нет, я не помню, кажется, что видел, но точно что не в подвале. Видел дяденьку Николая возле первого дома — проговорил Андрей, повернул голову на шум за окном, там его товарищи, видимо, устроили что-то похожее на генеральное сражение.

— Первый дом — это 38/1? — уточнил Петр Васильевич.

— Да — ответил Андрей.

— А дяденька Николай, он там в доме этом с кем был? Ты говорил об этих людях во множественном лице.

— Тетка Людмила, он её называл Люся — ответил Андрей.

— А ты почему её назвал Людмилой?

— Я слышал, как её звала соседка, старая бабка — ответил Андрей.

— Так значит, что ты просто сидел запертый в комнате. Они с тобой не разу не говорили?

— Нет, они говорили меж собой. Дядька говорил тётке, что вот твой ребенок дома, что теперь можешь успокоиться.

— Они что вообще делали?

— Они пили водку, там ужасный запах и ужасная обстановка. Там не так, как здесь.

— Вот видишь, с твоих слов уже многое мне становится ясно. Сейчас же мы не будем терять времени, а отправимся посмотреть на этот дом. Если ты не можешь, то скажи мне об этом сейчас.

— Почему я не могу? — спросил Андрей.

— Ну, всякое бывает, ну нервный стресс и прочее.

— Нет, я могу, со мной там ничего плохого не было. Было немножко страшно, но сейчас всё прошло.

— Вот и отлично, подожди ещё чуть-чуть — сказал Петр Васильевич, жестом он попросил родителей Андрея выйти из гостиной вместе с ним.

— Александр Петрович, вы составите нам компанию, это необходимо — сказал Петр Васильевич.

— Конечно — ответил папа Андрея.

— Вы можете хоть немного подождать, Андрей не завтракал. Пусть он малость поест. Всего десять минут времени — вмешалась в разговор мама Андрея.

— Это завсегда необходимо, а мы подождем. Я буду на улице — сказал Петр Васильевич — До свиданья, Ольга Васильевна — добавил он и покинул квартиру, бывшую на первом этаже пятиэтажного дома, имевшую номер 77.

Возле высокого крыльца стоял милицейский УАЗик. Рядом с автомобилем, прямо на бордюре, сидел водитель транспортного средства, имевший звание сержанта. Бабушки, включая Лидию Петровну, с интересом смотрели на следователя. Они уже отлично знали о том, что Андрей живой, что он нашелся. Ещё добавить о том, что в обществе старушек не было бабушки Андрея, потому как она в эти неприятные и страшные для семьи дни находилась в гостях у своей старшей дочери, естественно, что ничего о произошедшем не знала.

Петр Васильевич ещё раз закурил.

— Васильевич, что едем? — спросил водитель.

— Нет, оставим машину здесь, пойдем пешком.

— Как скажешь, пешком так пешком — отреагировал водитель.

Петр Васильевич сделал глубокую затяжку. Очень странно всё складывалось. Ладно, если бы не эти подвалы, эти подземные ходы, соединяющие четыре подвала в одно целое, если бы не это мифическое чудовище, если бы не ключи от подвала, найденные неподалеку от входа-выхода, то всё могло бы быть ясным: парочка психопатов, скорее, что больше баба, которая когда-то бросила ребенка, совершила то, что сейчас не даёт ей покоя, ещё всё это на почве алкоголизма. Да, конечно, вероятно, что психиатрическая больница уже знакома с этой дамой, может, что с её другом или мужем Николаем. Да, так бы всё было ясно. Хотя, похищение поздно вечером. Вероятно, что что-то вроде удушения. Ведь мать мальчика сказала, что повреждений на голове нет, что она лично расчёсывала сына. Удушение, какой-то препарат? Иначе тогда как мальчишка ничего не помнит? Зато он отлично помнит чудовище. Могло ли ему померещиться, ведь эти детские страшилки, легенды. К тому же мальчик Борис, который пропал, утонул. Нет, его тела не нашли. Значит, что всё возможно.