(Евангел1е отъ Матвея, 19).

Тутъ мы совершенно ничего не понимаемъ, кром* того, что это — не нужно.

Евангелте — тупикъ.

Теперь: «гре.хъ» и «святость», «космическое» и «космичность»: I; калятся, что если уж. где можетъ заключаться «святое», «святость» — то это въ «сказуемомъ» м1ра, а пе «въ обетоятельствахъ образа действия». Что за эстетизме. Поразительно велнколете Евангелия: голоря о «де.тахъ духа» въ противоположность «деламъ плота» — Христосъ черезъ это именно показашъ, что «Азъ п Отецъ ?— не одно». «Отецъ» — такъ Онъ и отецъ: посмотрите Ветхи Завить. — чего - чего тамъ нктъ. Отецъ не иренебрегаетъ еамома-^МшIIмъ въ болЪзняхъ дитяти, даже вт, капрвзахъ и своеволш е о: в вотъ №0.1(5. въ Ветхомъ Завете, мы находима всяческое». Всв «расти кипятъ, ннкаие случаи и исключительности — не обойдены. «Отецъ» беретъ свое дитя въ руки, моетъ и очпщаетъ его еухимъ и мокрымъ. отъ кала грязна го и мокраго. Посмотрите о лечешп болезией, парши, коросты. Въ пустыне Онъ идетъ надъ ими ппьнью — днемъ (облако, зной), в столбомъ огненнымъ — ночью освшцагтъ путь. Похитили золотая вещи у епштянъ. и это не скрыто: ибо такъ естественно, такъ просто: ведь они работали на нихъ въ рабстве, работали — безпдатно. Этлшъ таинственнымъ » глубокимъ попечешемъ о человеке, какпмъ-то кутающимъ и пеле-

В. РОЗАНОВ

нающимъ. — отличается «отцовекШ завить» отъ сыновняго.

Сынъ — именно «не одно» съ Отцомъ. Пути Физшлогш суть, пути космпчесше. — и «роды женщины» поставлены впереди «солнца, луны и зв'бздъ». Тутъ тоже есть объясненге, чего абсолютно лишено Евангел1е. Действительно: тутъ показано, въ вндънш Апокалипсиса, что и луна, и звезды, и солнце — все для еблегчешя «родовъ». Жизнь поставлена выше всего. И именно — жизнь человека. Пирамида ясна въ основанш и завершенш. Еванге.пе оканчивается скопчествомъ. тупикомъ. «Не надо». Не надо — самыхъ родовъ. Тогда для чего-же солнце, луна и звезды? Еванге.пе со страннымъ остетпзмомъ отвт>чаетъ — «для украшетя». Въ производстве жизни — этого не нужно. Какъ «солнце, луна и звезды» явилпсь не для чего въ сущности, такъ и роды — есть «не нужное» для Евангелия, и М1ръ совершенно обезсмысливается. «Все понятно» — въ Библш, «ничего не понятно» — въ Евангелги.

И вотъ — Престолъ Апокалипсиса, посреди коего сидятъ жи-вотныя. Что за представлеше небесъ? Но разве роды коровы ниже чъмъ-нибудь родовъ женщины? Это — «пути Божш». Въ «оправ-данш всего» Апокалипспса — именно и лежитъ оправдаше Божеское, оправдаше Отцовское, и съ болячками, и съ коростами, и съ поносами, и съ запорами дитяти - человека. Какъ чудно! О, какъ хорошо! Славны и велпки пути Твои, Господи, и славны они въ* болезни и въ исщвленш- Апокалппсвсъ изрекаетъ какъ-бы правду Вселенной, правду цплаю — вопреки узенькой «евангельской правде», которая страннымъ образомъ сводится не къ богатству, радости и полноте М1ра, а къ точке, молчанш и небытш скопчества. Воистину — «поколебались основашя земли». Христосъ при-шелъ тапнственнымъ образомъ «поколебать все основашя» сотворенной «будто-бы Отцемъ Его» Вселенной. И что Коперпикъ на вопросъ о солнце и земле началъ говорить, что они дМствують «по кубамъ разстояшй», — то это совершенно хрнтанскш от-ветъ. Это — именно «обстоятельство образа дейстьчя». А «для чего они действуютъ» — это и не ведомо, и не интересно.

Тапнственнымъ образомъ хрисианство начало обходиться «ггу** стяками». На вопросъ о земле и луне оно ответило «кубами разстояшй», а на вопросъ о гусенице, куколке и мотыльке оно ответило еще хуже: что такъ «бываетъ». «Наука хриспанская» стала сводиться къ чепухе, къ позитивному и безсмыслицБ. «Виделъ, слы-шалъ, но не понимаю». «Смотрю, но ничего не разумею» и даже «ничего не думаю». Гусеница, куколка и мотылекъ имеютъ объяс-неше, но не физиологическое, а пмепно — космогоническое. Фи-з'ологически — они не объяснимы; они именно — неизъяснимы. Между гЬмъ космогонически они совершенно ясны: это есть все живое, решительно все живое, что прюбщается жизни, гробу и вос-кресешю.

Въ фазахъ насекомаго даны фазы М1ровой жизни. Гусеница: — « мы ползаемъ, жремъ, тусклы и недвижимы». — «Куколка»

АПОКАЛИПСИС НАШЕГО ВРЕМЕНИ

— ото гробъ и смерть, гробъ и прозябаше, гробъ п обт.щаше. — Мотылекъ — это «душа», погруженная въ мхровой эфиръ, летающая, знающая только солнце, нектаръ, и — никакъ не питающаяся, кром* какъ изъ огромныхъ цвт>точныхъ чашечекъ. Хрнстосъ-же сказалъ: «въ будущей жизни уже не посягаютъ, не женятся». Но «мотылекъ» есть «будущая жизнь» гусеницы, и въ ней не только «женятся», но — наоборотъ Евангелш — при сравнительной неуклюжести гусеницы, при подобш смерти въ куколкт,, — бабочка вся' только одухотворена, и, не вкушая вовсе (поразительно!! — не только хоботокъ ея вовсе не приспособленъ для т>ды, но у нея пт>тъ и кишеч*нпка, по крайней м'Ьр'Б, у нвкоторыхъ!!), страннымъ обра-зомъ — она-им'ветъ отношеше единственно къ половымъ оршнамъ «чуждыхъ себт. существъ», приблизительно — именно Дерева жизни: растеши, непонятныхъ. загадочныхъ. Это что-то, иередъ всякой бабочкою, — неизмеримое, огромное. Это — л'Ьсъ, садъ. Что-же это значить? Таинственнымъ образомъ жизнь бабочки указуетъ иди предвт>щаетъ намъ, что и души наши поел* гроба - куколки — будутъ получать отъ нектара двухъ или обоихъ божествъ. Ибо сказано, что сотворена была Вселенная отъ длогимъ (двойственное число Имени Божчя, употребленное въ разсказъ' Библш о еотворе-нш м1ра), а не отъ Элоахъ (единственное число); что божествъ — два, а не одно: «по образу и по подобт которыхъ — мужемъ « женою Шрворцлъ По П} и чс.ювжа.

Мотылекъ — душа гусеницы. ЗлЬ-душа, безъ привхо-

дящаго- Но ото показываетъ, что «душа» — не немат^рьяльна- Она

— осязаема, видима, есть; но только — иначе, чгьмъ въ земномъ Ъуществованш. Но что-же это и какъ? Ахъ, наши сны и снови,ТБтя иногда реальнее бодрствовашя. Гусеница и бабочка показываюсь, что на земл-Ь мы — только «жремъ»; а что «тамъ» будетъ все — полетъ, движете, камедь, мирра и (решаясь.

Загробная жизнь вся будетъ состоять изъ свъта и пахучести. Но именно — тоги, что ощутимо, чти физически — пахуче, что плотски, а не безплотно — издаетъ запахъ. Не безъ улыбки можно ответить о «соблазнахъ мгра сею», что въ нпхъ-то п «течеп.». какъ-\ бы истекаетъ пзъ души вещей, изъ энтелехш вещей — уже теперь «жизнь будущаго вт.ка», и что вкусовая и обонятельная часть нашего лица, и вообще-то напбо.тъе прекрасная и «небесная», именно н прекрасна отъ очертанШ губъ, рта п носа. «Что за уродъ, въ комъ пт.тъ носа и губъ», или есть въ нихъ повреждеше, и таже просто — некраспвая лптя. Апокалипсическое въ насъ улыбка. Улыбка — всего апокалппсичнт>е.

Радость, ты — искра небеса, ты божественна. Дочь елисейскнхъ нолей....

Это — не аллегор1я, это — реальная, точнт.е — это ноуменальная правда. «Хорошо соблазняться» и «хорошо быть соблазняемымъ». | Хорошо, «черезъ кого — соблазнъ входить въ м1ръ»: опт, вносить

край неба на плосковатую землю. Загадочно, что въ Евангелш ни разу не названо ни одного запаха, ничего — пахучего, ароматнаго; какъ-бы подчеркнуто расхождеше съ цвт>ткомъ Библш — «П'кньй пт-сней», этою п*снею, о которой одинъ старецъ Востока выговв-рилъ. что «все стояние игра не достойно того дня, въ который была создана «П>ьсия тьсией». II вотъ, Евангел1е такимъ образомъ пред-ставляетъ «ату» и «будущую жизнь» совстшъ наобороть: «путн»-то жизпи, насколько они физюлогичесте пути, и есть главное и небЩ ное Шрестолъ Апокалипсиса'): это есть «подлежащ.е», которое «оправдалось».

А тотъ «путь жизни», «жизнь дула — есть «обстоятельственный путь», проводимый въ праздности, эстетикт. н разговора хъ...

И долго на сват» томилась она это — земная жизнь гусеницы, ползающая и жрущая

Желатемъ чцвнымъ полна

это —мотылекъ, бабочка, утопающая въ эфир*, въ солнечныхъ лу-чахъ. Того самаго Солнца, которое «п со звездами и съ лунно» — гольки «окружает* роды женщины»-

II тьссиъ любви замшить не могли Ей скучйъш пгьст -земли.

II — никакого «ада и скрежета зубовнаго» шамъ. а — собпра-ше нектара съ цнбтовъ. За муки, за грязь и сорт, и «землсвдете» гусеницы, за гробъ и подоб1е. — но толы;о подобие смерти въ куши к4, — душа возстапетъ пзъ гроба; и пережпветъ, каждая душа иережпветъ. и грт>шпая и безгрешная, свою невыразимую «пт.сню-нт.сней». Будетъ дано каждому человеку по душъ этого челог.'Ька и по желатю этого человека. Ампнь.