Караоке-бар «Чикаго» находился на соседней улице, пару раз мне доводилось там бывать. Меня приглашали на день рождения сокурсника, потом просто сидели с парнями в караоке. Я сам не пою, но атмосфера и пиво располагали к ненапряжному отдыху, иногда такое нужно всем.

Тогда я и обратил внимание на небольшую сцену, где с микрофоном в руках покачивался специально подготовленный певец, нанятый заранее, для того чтобы завести публику, как бы ненавязчиво демонстрируя, что простой поддатый мужичок вполне себе может иметь хороший голос.

В целом здесь держалась своеобразная эклектическая атмосфера, от гангстерской Америки времён Аль Капоне, джаза, цветных польских ламп, больших плюшевых мишек и русско-европейской кухни до стен, увешанных макетами пистолетов и автоматов, больших плазменных телевизоров с «Футурамой» и официальными запретами Яценюку с Порошенко на посещение данного заведения.

Несмотря на то что мы пришли где-то к двенадцати часам дня, нам были рады. Милая круглолицая девушка-администратор в клетчатом платье, с волосами, собранными в хвост, встретила нас мягкой улыбкой.

– Люся, – посмотрев на бейджик, я наклонил голову, – здравствуйте, моя подруга хотела бы уточнить у вас пару вопросов.

– Здравствуйте. Проходите, пожалуйста. А что вы…

– Коничива, – кицунэ отвесила низкий поклон и улыбнулась так, что показала все зубы сразу, – думаю, нам, девочкам, будет удобнее поговорить наедине. Мой господин, конечно, являет собой лучшие черты самурая благородного рода, но в определённых вопросах туп как пробка!

– Э-э?.. – смутилась девушка.

– Он не обижается!

– Я не обижаюсь, – пришлось подтвердить мне под суровым лисьим взглядом.

– Ну, хорошо, можем присесть за столик. Как к вам обращаться?

– Называй меня госпожа Мияко-сан, о хозяйка дома пагубных развлечений, – щедро разрешила блондинка, сняв шапочку и обмахиваясь пышным хвостом.

На мгновение мне показалось, что Люся хотела убежать, но она всё-таки была настоящим профессионалом и ещё раз показала кицунэ на уединенный столик в углу. Девушки удалились вдвоём.

Не знаю, о чём они там говорили, но уже через несколько минут к ним подошёл кто-то из официантов, выслушал кицунэ, кивнул и отправился настраивать аппаратуру. Моя блондинка с ушками подмигнула мне и, игриво покачивая бёдрами, процокала каблучками на низкую маленькую сцену. Администратор Люся трижды щёлкнула пальцами, и полилась музыка…

Голос Мияко-сан был совершенно необыкновенным. Я даже не представляю, как можно было бы его описать. Наверное, в первую очередь очень чистый и проникающий в душу, она исполняла старую, дореволюционную песню «На сопках Маньчжурии» так, что у меня слёзы на глаза наворачивались. К нам вышел каждый, кто на тот момент был в круглосуточно работающем баре – официанты, администрация, кухня, уборщицы, случайные задержавшиеся посетители, никто не остался равнодушным. Когда лисичка закончила, её буквально искупали в аплодисментах!

– Ещё! Браво! Давай, девочка! Жги!

Мияко раскланялась, сияя вырезом свитера так, что женщины начали кусать губы, а мужики вылупились, словно никогда в жизни декольте не видели. Потом она выстрелила в зал яркой классикой анимации, в маршевом ритме спев на английском знаменитый саундтрек из мультипликационного сериала «Танковая полиция». В припеве ей начали подпевать.

Следующий знаменитый хит уже самой Хацунэ Мику на японском был таким весёлым и прыгающим, так что мгновенно завел публику. Текст я, разумеется, не повторю, но, кажется, в караоке-бар начали заглядывать и просто люди с улицы, которые по ходу шли мимо в магазин.

Посмотреть на танцующую девочку с хвостиком действительно стоило! Она умудрялась вертеться волчком, прыгать под потолок, ходить на месте колесом и приземляться в полном шпагате, ни разу не сбив дыхания и не слив ни одной ноты. Световой меч мне в ухо, да она даже стойку микрофона ни разу ботиком не задела, ей аплодировали с рёвом, достойным стадиона в Барселоне!

Это был самый головокружительный успех, какой я только видел. Пока моя гостья с открытки купалась в лучах славы, ко мне подошла та же администратор Люся и тихо предложила по пять тысяч за песню, если Мияко будет выступать хотя бы два раза в неделю, по три-четыре песни на её выбор и вкус. Минимально выходило по тридцать тысяч рублей в неделю, это втрое больше моей зарплаты в месяц. Как? Не понимаю, вот каким образом такое возможно?!

На минуточку мне показалось, что я вытянул счастливый билетик и подарок косоглазого японца всё-таки достался мне не просто так. Наверное, я был хорошим псом в прошлой жизни, голубем, который не гадил на памятники Ленину, или вовремя перевёл незнакомую бабушку через дорогу, а это была сама королева Виктория? Мои фантазии на эту тему были бесцеремонно прерваны выкриками:

– Эй, девчуля! Пс-с, слушай типа сюда. Сто баксов за песню для моего дружбана!

Мияко-сан округлила глаза, но я вовремя протянул руку, забирая кицунэ со сцены: