– Ну и в чьей ты там команде? – усмехается он. – Джон Би? Джей? Только не говори, что ты в команде плохишей и отдала свое сердце этому придурку Рэйфу.

Пытаюсь скрыть свое удивление, но не выходит. С каких пор Макс смотрит подростковые сериалы про приключения? Насколько я помню, раньше он не увлекался приключенческими фильмами и считал «Пиратов Карибского моря» полным бредом. Хотелось бы сказать, что сейчас считаю это странным, но на самом деле меня это заводит. И вот это действительно странно.

– Мы серьезно будем обсуждать «Внешние отмели»? – все же спрашиваю я.

– Почему нет? – пожимает плечами он.

Эта тема для беседы нравится мне куда больше обсуждения его яиц. Хотя яйца у него очень даже неплохие.

О ГОСПОДИ. Почему я такая извращенка?

Не отвечайте.

– Ладно, я в команде Джона Би! – выпаливаю я.

– О, конечно. – Макс закатывает глаза.

– И что не так с Джоном Би? – искренне недоумеваю.

– Без спойлеров?

– А на каком ты сезоне?

– Я посмотрел все четыре, – важно заявляет он, и я усмехаюсь. – Что? Мой старший брат несколько дней успокаивал жену после финала четвертого сезона. Пришлось посмотреть весь сериал, чтобы понять, почему она рыдает.

– Понял?

– Не особо. Это же всего лишь сериал. Это не по-настоящему.

– Бессердечный, – ахаю я.

– Ты же в команде Джона Би. Какая тебе разница, что там произошло с другими персонажами в финале сезона?

– Бесчувственный. Жестокий. Равнодушный. Черствый. Бесчеловечный. Холодный!

Губы Макса расплываются в улыбке.

– Ну вот с последним я не соглашусь, я очень даже горяч.

– Даже не пытайся флиртовать со мной сейчас. Я никогда не прощу тебе этого безразличия!

Макс усмехается.

– Зато я не безразличен к тебе, – хрипло произносит он.

– Макс…

– Вернемся к Джону Би позже. А сейчас просто признайся, что ночью тебе было хорошо со мной. И утром. И нам может быть хорошо друг с другом сейчас. Здесь нет Джона Би. Его в принципе не существует в этом мире, зато рядом с тобой я.

Ну что за кретин.

– И прекрати делать вид, что ты недотрога, Лагуна.

– Почему ты называешь меня Лагуной?

– Ну, тебя зовут, как ту сексуашку из «Голубой лагуны», и мне показалось милым назвать тебя Лагуной.

– Милым? Начнем с того, что сексуашке Эммелин было всего четырнадцать, а закончим тем, что в романе 1908 года, на котором основан этот фильм, Ричард и Эммелин были кузенами, которые потерпели кораблекрушение и стали любовниками. Ты извращенец, Макс.

Кретин смеется. Ну точно извращенец, раз его веселит инцест.

Он обхватывает мое лицо ладонями, и я тону в его ярких зеленых глазах, а затем перевожу взгляд на пухлые губы, которые раскрываются в широкой улыбке.

Мне нужно бежать от него, пока я совсем не утратила контроль. Сбросить его руки, заставить его уйти, а лучше улететь обратно в Сидней и никогда не напоминать мне о своем существовании.

– Ладно, давай обсудим все это на свидании? – вдруг спрашивает Макс. Он рехнулся? – Что скажешь?

Псих редкостный.

– Скажу, что тебе придется сильно постараться, чтобы сместить Джона Би с высшей ступени пьедестала идеальных мужчин. Особенно после того, как выяснилось, что у тебя нет сердца и ты старый извращенец!

Макс сдерживает смешок.

– Но ты согласна?

– Пойти с тобой на свидание?

Кивает.

– Нет, – беспрекословно заявляю.

– Одно свидание, Эми, – просит он.

– Макс, я не хочу ходить на свидания. Да и как ты себе это представляешь? Ты залезаешь ко мне в бунгало через окно, чтобы сохранить все в тайне, но при этом не думаешь о том, что на острове мы не останемся незамеченными?

– Значит, уплывем с острова. На один вечер я стану Джоном Би, а ты Сарой. Можем попытаться отыскать сокровища.

С моих губ все же срывается смешок.

– Тебе очень далеко до Джона Би. Я ни за что не уйду из его команды. И никакое свидание не заставит меня поменять решение.

– Даже после тех трех оргазмов, до которых я тебя довел?

Четырех. Но кто считает.

– Эми… – С его губ срывается шумный вдох, когда по выражению моего лица он понимает, что я не изменю своего решения. – Мы не виделись три года. И прошлая ночь…

– Мы просто переспали.

– Перестань это повторять.