— Арсений, а Бутурлин не мог напустил тумана? Так, для вида, чтобы ты испугался?

— Нет. Эти слова были произнесены с уверенностью. Более того, мне показалось, что Вячеслав, спроси его, мог назвать и конкретные имена, но я не стал уточнять детали. Не хотелось выглядеть слабым в его глазах.

— Будет сделано. Теперь новости. Есть информация по тем двум, в Дубае.

— А именно? — мужчина презрительно кривил губы. — Выяснили, кто приложил руку, и хотят выкупить этих двух мерзавцев? Посылай их…

— Не угадал, — безопасник усмехнулся. — Семейства тех дебилов почему-то решили, что к аресту их отпрысков приложил руку сам Бутурлин. По поступившей информации, в ближайшее время захотят откупиться, а если не получится, нажать на Вячеслава через Анастасию. Не трудно догадаться что предпримут. Девчонку жалко, может пострадать.

— Вот и сделай так, чтобы с её головы не упало ни одного волоска. Забыл, что Анастасия существует не сама по себе, а работает на нас? Выполняет задачи, которые проходят под грифом совершенно секретно? Я вообще удивлён, как до сих пор ни у кого из власть имущих, банкиров и успешных предпринимателей города не щёлкнуло в голове что из себя представляет девушка. Только четверо кроме меня осознали её ценность. И то, кажется, не до конца.

— Можно подкинуть информацию, что Бутурлин ни при делах, но те не упокоятся, станут искать виновных. Может и найдут. Нам нужна война? Мне кажется, нет.

— Высказывая выводы, понимаю, у тебя есть и предложение?

— Да. Два варианта. Можно ту парочку сделать невиновными, объявить арест так называемой «вынужденной ошибкой» с последующей высылкой и переездом на постоянное место жительства, скажем, в Канаду или Австралию. Намекнув, что если решат вернуться, пусть заранее готовят места на кладбище. Второй вариант озвучил Анатолий, мой зам. У него есть связи в Штатах. Оттуда может прийти официальный запрос к властям Эмиратов о передаче задержанных под юрисдикцию американцев. Причин можно найти миллион. От отмывания денег, а это попадание в десятку, до махинаций на крипто биржах. С этой стороны у тех двоих тоже не всё чисто. Можем даже представить документальные основания. Есть такой задел на чёрный день. Твоё мнение?

— Второй вариант. И чем раньше, тем лучше. Давай закроем эту тему если не навсегда, то надолго.

— Лет на десять? Хватит?

Мужчины рассмеялись, прекрасно понимая друг друга.

— Всё, Толя, иди, работай. Мне надо подумать, как лучше распорядиться полученной сегодня информацией.

— Только не забывай, Арсений, что ты не сделан из камня. Даже железные станки периодически выключают.

— Иди уж, заботливая мамочка…

Ещё долгое время по вечерам, оставаясь один, пытался разобраться, кого я за гранью спалил эфемерным огнём. Или это было не игрой воображения, а реальностью. Не той, в которой живу, а той, что существует ТАМ, ведь число сгорающих в огне фигур было пять, как раз столько, кому не только вынес приговор, но и уничтожил? Уже не раз призывал Велеса, чтобы задать несколько важных для меня вопросов, но тот так и не отозвался. Возник вопрос — зачем было предлагать свою помощь, когда её не получить в необходимое время. Вспомнились слова отца — «Боги заняты своими делами и им нет дела до людей до тех пор, пока у самих не возникнет нужда в этих самых людях». Надеюсь, придёт час, когда Велес обратит внимание, что у него с десяток «пропущенных вызовов».

– -

Не то, что дни, недели летели одна за другой, приближая Новый Год. У всех нормальных людей уже насупило предпраздничное настроение, а у меня что ни день, то уходил с работы не раньше восьми вечера. Пять, шесть, а то и семь человек в день. Домой не приезжал, приползал. Хватало сил только поужинать и завалиться спать. Бедная Настёна. На неё выпала основная работа по дому, потому что я физически ей помочь не мог, засыпал на ходу. Разве что вставал рано, готовил завтрак и завозил девочку в институт, а уже потом ехал на работу. Каждый вечер слышал недовольное ворчание, но что делать, когда из года в год происходило одно и то же — все хотели заглянуть вперёд, узнать что их ждёт…

Что говорить, когда даже Давота попросил Настю найти для него окошко и записался на повторный приём, правда, на вторую неделю января. Раньше ну никак не получалось. К тому же восемь дней после праздника я решил сделать выходными. Перегореть — это просто, а вот восстановиться после такого, сколько ни читал литературы и записей, фактически невозможно. После кризиса если человек и восстанавливается, полную силу не вернуть…Тут ещё принесли приглашения на Новогодний бал, что проводил клуб меценатов. Понимал, что надо туда сходить. Показаться и отметиться, что ещё жив. Даже Настёнка устала — всё время посвящала институтским занятиям, а не потомственному умению…

Сели вечером, посмотрели друг на друга и улыбнулись.

— Туда идти обязательно? — девушка смотрела на меня с тоской в глазах, хотя давно знала ответ. Не раз говорили на эту тему.

— Надо, милая. Хоть на полчаса, но показаться необходимо. Ты немного развеешься, потанцуешь. Как правило, на Новогодний бал приходит много молодёжи. Устраивают своего рода смотрины.

— И что? Мне это неинтересно. Люди старшего поколения ещё могут танцевать, а молодые? Трясутся как в лихорадке. Противно смотреть.

Не выдержал, хихикнул.

— Девочка моя. Кажется, такая болезнь как старость передаётся воздушно-капельным путём. Чего ворчишь? Тебе самой сколько лет? Между прочим, в некоторых семьях уделяют внимание бальным танцам как необходимой подготовке для будущей жизни. В Европе ведь тоже такие балы проводятся, куда могут попасть далеко не все. И там не трясутся, а именно танцуют.

— Слав. Уже рассказывала, мне самой понравилось и ходила с подружкой, занимались три года подряд. Даже в соревнованиях выступала. Призовых мест, правда, не занимала, но сам факт…