— Леди всегда наготове, — усмехнулась она. — Итак, у меня есть модифицированные колготки с регулируемым верхом, но они недостаточно длинные, чтобы дотянуться до низа.

— Ох уж эти женщины со своими сумочками, — поддразнил Сет. — Я удивлен, что она не достала танк. К общему сведению, у меня есть все необходимое для подобных ситуаций. Универсальная веревка, друзья мои.

Шорох открываемого рюкзака, а затем жужжание разматываемого кабеля. Почему так долго? Все эти задержки, даже незначительные, только усиливали нетерпение Авиона. Неужели никто не понимал его желания наконец-то встретиться с обладательницей голоса, звучавшего в его сознании?

— Держись. Мы вытащим тебя, — крикнул Адам в шахту, но его слова были заглушены глухой акустикой.

— Она не хватается за веревку, — заметил Сет.

— Может, она глухая, — пробормотала Анастасия. — Ну, существует же такая вероятность. Взять хотя бы Авиона.

— Или она просто напугана, — предположила Л аура. — А может не говорит по-английски.

Или ей нужна была причина, чтобы выйти. Недолго думая, Авион наклонился, сжав в руке трос. Перевалившись через край, он постарался не поморщиться, когда металл впился ему в ладони.

Паршиво, что у него не было наночастиц, которые могли бы укрепить плоть на пальцах и ладонях. Теперь Авион обладал лишь хрупкой, подверженной ожогам от веревки человеческой кожей. Он бы сейчас убил за пару перчаток, даже если его приятели в дальнейшем будут насмехаться над ним.

— Куда это ты собрался? — воскликнул Сет тоном идеального отчитывающего родителя.

«Разве не очевидно?»

— Хочу забрать ее.

— Позволь спуститься одному из нас. Давай, выбирайся.

Где было безопасно. Опять намек на его бесполезность. Сломленный. Легко заменимый.

Вот почему Авион был лучшем выбором. Прежде чем кто-либо смог остановить его, Авион спустилась по веревке в тюрьму. Да, именно в тюрьму, в которой ее прятали. Скрывали.

Но скоро все изменится.

— Двадцать футов. Десять, — Сет считал, на какую глубину спустился Авион. Становилось холоднее, отчего по его коже побежали мурашки. — Пять. Можешь отпускать веревку.

С тяжелым стуком одолженных армейских ботинок Авион приземлился на пол и покачнулся. Вот это герой. Ну, хотя бы он сдержал свое обещание. Н ашел ее.

Даже не видя, Авион чувствовал близость женщины. Ее энергия сияла, словно луч света во тьме. Авион улыбнулся, взволнованный и в то же время подавленный.

— Ты не должен был приходить, — прошептала она, самый нежный звук, который он когда-либо слышал. Затем в его сознании промелькнуло:

«Но я рада тебя видеть».

— Я пришел, чтобы спасти тебя. Как и обещал.

«Доверься мне».

— П очему? — в ее вопросе сквозило неподдельное любопытство.

— Потому что такова моя суть. Именно этим мы все и занимаемся, — добавил он, указывая на друзей, которые, несомненно, столпились вокруг люка. — Наша жизненная миссия состоит в том, чтобы спасать представителей нашего вида. С пасать других киборгов, попавших в беду.

— Ты думаешь, что я похожа на вас? — произнесла она с ноткой недоверия.

Он наморщил лоб.

— Разве ты не киборг?

В ответ на его вопрос девушка истерично рассмеялась. Его охватило безумие, переплетенное с печалью. Как же ему хотелось обнять женщину, от которой исходило такое одиночество.

— Конечно, я киборг. А если точнее, то самый лучший киборг из всех. И в то же время самый ничтожный.

Ответ был бессмысленным. Впрочем, в сложившейся ситуации тоже не было особого смысла.

И время потрачено впустую.

— Поторопитесь, — крикнул Адам. — У нас не весь гребаный день впереди. Второй раунд приближается. Фабрику могут взорвать в любую минуту.

Авион поднял руку, выставляя один палец, как бы прося подождать.

— Не обращай внимания на моих друзей. У нас есть несколько секунд, чтобы представиться. Я Авион. Как тебя зовут?

«Назови свое имя».

«Я не могу назвать то, чего не знаю».

— У меня нет имени. Больше нет. Они забрали старое и дали мне новое.

— И как тебя теперь зовут?

— Здесь, для них, для всех, я известна как Первая.

Цифровая идентификация. Как знакомо. У Авиона тоже когда-то был лишь номер. У всех киборгов был только номер. Первое, что сделали военные в рамках программы «промывания мозгов», — лишили человека личного, заменив имена на бессмысленные цепочки букв и цифр.

— Имя Первая никак не отражает твоей индивидуальности. Позже мы выберем новое имя. Но придется хорошо подумать. Итак, представления закончились, теперь мы можем пойти домой?