Осторожно стучу в дверь. Жду. Но ничего не происходит. Стучу опять – и снова в ответ тишина.

Неловко мнусь на месте. Как быть-то? Ну, раз никто не ответил, значит, не стоит беспокоить хозяина этого самого кабинета. Я разворачиваюсь и уже иду в обратную сторону, как слышу позади:

– И куда же ты собралась?

Резко оборачиваюсь и замираю на месте. Дверь в кабинет открыта, а на пороге стоит высокий широкоплечий мужчина с темными волосами. На нем брюки и темная, иссиня-черная рубашка, рукава которой закатаны наполовину, так что отлично виден рельеф его рук.

Его цепкий холодный взгляд проходится по мне, словно сканер. Он будто вещь на прилавке оценивает. И у меня мурашки по коже мгновенно пробегают от этого.

– Я… Я стучала.

– Ты кто?

– А-алина, – отвечаю, заикаясь.

Мужчина медленно приближается, и с каждым его шагом я все больше осознаю, насколько он крупнее и выше меня. Я думала, что охранники бугаи? Да какое там! Этот самый босс уделает каждого из них – настолько мощная и подавляющая аура от него исходит.

Нервно сглатываю, стараясь не осесть на пол под давящим темным взглядом.

Это и есть тот самый Север?

– Алина-малина, значит, – задумчиво протягивает он. – То есть это ты разбила мою яхту.

– Я не…

– Ты попала, девочка, – чеканит он. – И очень крупно. Как будешь расплачиваться?

Растерянно смотрю на мужчину.

– Почему я? Я не виновата!

– У меня другая информация, – возражает Север.

– Нет, я просто была гостьей на дне рождения Макса. И это все…

– За штурвалом была ты?

– Что? – потерянно спрашиваю. – Конечно, нет! Я там была не одна, и…

– Ты, – весомо роняет мужчина. – Или, может, ты скажешь, что это не так?

– Не так, – тихо возражаю. Но, похоже, Север не воспринимает это всерьез.

Вспоминаю, как в разгар дня рождения Ренат позвал меня прогуляться по палубе. Конечно же, я согласилась. Я ведь уже не один месяц была влюблена в него. Да и кто бы не был?

Смоляков учится на последнем курсе – взрослый, красивый, мужественный. Когда он заходил в университет, все девчонки головы сворачивали. Да и я тоже, что скрывать. Я ведь и не думала, что Ренат когда-нибудь обратит внимание на такую, как я – простую девчонку-первокурсницу. У меня нет выдающейся внешности – огромной груди и накачанных пухлых губ. Только волосы, которыми я гордилась – длинные, темные, густые.

Однако когда однажды во время обеденного перерыва Смоляков подошел ко мне и пригласил пересесть к нему за стол, мне казалось, что я ослышалась.

– Отмирай, малышка, – улыбнулся он тогда. – Ты классная. Надеюсь, ты осчастливишь меня своим присутствием?

Конечно же, я согласилась! Лада, моя подруга и соседка по комнате, правда, фыркнула, что как-то это странно, но я, естественно, не слушала. Я пошла за ним, познакомилась с его друзьями.

Почти три недели после пар мы ходили в кафе рядом с универом, проводили вместе время, и после Ренат провожал меня до общежития. Конечно, он намекал, что, мол, жить там его девушке не пристало, но я так сильно стеснялась нашей разницы в статусе, что отказывалась переезжать к нему. Слишком быстро, мне казалось. Да и не ради денег я с ним была. Мне было достаточно и того, что он рядом, что держит за руку и обнимает.

Я влюбилась до потери памяти и только отмахивалась от Лады, когда та ворчала, что неспроста у парня проснулся вдруг интерес. Мне казалось, что нет никого счастливее меня. Я же почти призналась Ренату в любви. Каждое утро ждала, что он встретит меня возле общежития, проводит до университета. Каждый его поцелуй, каждое его прикосновение заставляли меня влюбляться сильнее.

Правда, все же я боялась сознаться ему, что у меня еще никогда не было близости. Банально трусила, что он не захочет связываться с неопытной девчонкой. Поэтому каждый раз уходила от темы, едва он давал понять, чего хочет.

– К тому же аренда яхты записана на тебя, – добавляет Север, вырывая меня из воспоминаний.

– Как это? – он вскидывает брови, насмешливо хмыкает.

– Что, ты не знаешь, что это значит?

– Знаю, конечно, но… Но это точно ошибка. Это был день рождения Макса. Я была гостьей и…

– И как же тогда на документах оказалась твоя подпись?

У меня внутри все холодеет. Неужели… Я вспоминаю, как во время игры мне завязали глаза, и заданием было оставить вслепую автограф. Ренат еще посмеялся, что он сделает это самым крутым вложением. А затем, когда стянул с меня шарф, при всех поцеловал. Снова как свою девушку, показывая всем мое положение рядом с ним.

И ведь я видела, как недовольно скривились остальные девчонки – тоже хотели быть с Ренатом. Но он-то выбрал меня. В тот момент я думала, что самая счастливая. А получается, он меня… подставил?

– По ошибке, – запинаясь, отвечаю. – Я не знала, что подписываю.

– Теперь будешь знать, – ухмыляется Север. – Так что долга на тебе, крошка, до хера. А значит, у нас вопрос – как будешь его отдавать?

– Но вы же понимаете, что это не я виновата? – возражаю, а у самой голос дрожит. Здесь совсем не холодно, но меня бьет крупная дрожь.