Не успела Алиса ответить, как за моей спиной раздался уверенный, спокойный голос.

— Вот я.

От неожиданности я резко обернулся. Передо мной стоял мужчина до тридцати, подтянутый. Одет в джинсы и пиджак. Но не это приковало мое внимание. Что-то в его лице, глазах, в манере держаться показалось мне пугающе знакомым.

Я всматривался в него, чувствуя, как засосало под ложечкой. Этот взгляд, эти черты лица, даже небольшая ямочка на подбородке… А потом пришло понимание, как разряд тока, прошедший через все тело.

Передо мной был сын Витьки Козлова.

Сомнений быть не могло!

Я почувствовал как по спине пробежал холодок. Вот он… ребенок Светки, которого я так и не увидел. Ощущения были настолько непонятные, что я не сразу заметил потянутую мне Сашей руку.

Обменявшись рукопожатиями, он занял место рядом с Ирой. Все таки неисповедимы пути господни… это ведь явно не случайно, что прежний обладатель этого тела был знаком с сыном Светки.

Когда Сашка присаживался, я отчетливо увидел кобуру под его пиджаком. Мент? Или выше брать… Сейчас во время разговора разберёмся, напрямую спрашивать смысла нет. Формально мы уже знакомы и даже сотрудничаем.

Атмосфера с появлением Саши изменилась. Ира перестала улыбаться, сосредоточилась. Исчезли улыбка, кокетливый взгляд и расслабленный разговор. Я подмигнул ей, но девчонка опустила глаза, закусив губу.

Сначала мы сидели молча, словно присматривались друг к другу. Ира потягивала кофе, я легонько стучал пальцами по столу. Наконец, Саша одернул занавеску, изолируя нас от внешнего мира.

— Александр, — начал он. — Мне нужно напоминать, что мы уже больше года занимаемся расследованием деятельности Попова-Хайпенко?

Он аккуратно взял чайник с заварившимся чаем, плеснул в кружку. Мне не предложил, хотя напротив меня кружка тоже стояла.

— Допустим, — сухо обронил я. — Есть за что зацепиться?

Безусловно, между мной прежним и Сашей наверняка имелись некие договоренности. Только я о них не знал. Поэтому будет неплохо получить чуть больше вводных.

Козлов младший спокойно кивнул, не меняя выражения лица. Отпил чай, оставаясь невозмутимым.

— Ничего нового. Мошенничество в особо крупном, манипуляции с финансовой отчетностью…

Он сделал многозначительную паузу. Я вопросительно поднял бровь, намекая на то, чтобы он продолжил развивать мысль.

— День другой, дерьмо все тоже, — выдохнул Козлов младший. — Как ты знаешь, Попова прикрывают очень серьезные люди наверху. Очень. Настолько, что мое руководство не хочет рисковать и брать его в лоб. Собственно с этого мы и начинали разговор… Как ты помнишь.

Он раздраженно потер переносицу, а я уловил искреннюю злость в его голосе. Здесь явно было что-то личное. Может быть, дело принципа, а может, просто желание довести работу до конца. А может, он просто идеалист, хотя последнее выглядело сомнительно.

Я вдруг подумал себя на мысли — а знал ли Саша, чей он сын? Вопрос, по сути, определяющий. Вот только опять же напрямую не спросишь. Да и зная Светку, если она вычеркивала кого-то из своей жизни, то целиком и полностью. А Витьку она вычеркнула раз и навсегда.

Видя, что я не спешу поддерживать диалог, Саша поставил чашку на стол и откинулся на диван.

— Ты почему свою часть договоренностей не выполняешь? — прямо спросил он, буравя меня взглядом.

— Обстоятельства так сложились, — ответил я, не отводя глаз. — Я думаю ты в курсе, что у Хайпенко я больше не работаю.

— Это значит, что все — ты пас?

— Это значит, что надо учитывать новые обстоятельства.

Саша все еще смотрел прямо мне в глаза. Долго молчал, а затем проговорил четко, словно расставляя каждое слово на столе.

— Хайпенко чувствует себя неуязвимым благодаря тому, что его прикрывают. Но если расшатать его авторитет и создать медийный шум, его покровители на время притихнут. Начнут переживать, не зацепит ли скандал и их самих. И вот тогда у нас появится шанс его прижать… поэтому рассчитываю, что-то о чем мы договаривались, случится на конференции, — проговорил Саша.

Он явно давал понять, что в курсе, что я подписал договор с V-fights.

— Я могу на это рассчитывать? — спросил он.

Я прекрасно понимал, что такой план мне совсем не подходит. Если я покажу компромат на конференции, то сорву весь свой план с боем и потеряю возможность выйти на Козлова старшего.

А значит, потеряю все шансы вернуть себе свою жизнь и разобраться, какого черта я вообще делаю в 2025 году.

Поэтому с ответом я не спешил.

Ира, почувствовав, что разговор не складывается, спешно поднялась. Бросила, что ей надо ненадолго отлучиться и вышла из кабинки. Видимо решила дать нас поговорить с глазу на глаз.